Страница 60

— Не знаю, как для тебя, — Джарвис, ухмыльнувшись, взглянул на Кристиана, — а мне это доставило бы удовольствие.

— И мне тоже, — хмыкнул Кристиан.

— Тогда какой может быть выбор? — Мэдлин отодвинулась от стола. — Как мы приступим к оповещению? Быть может, я помогу написать записки?

— Значит, план принимается?

Кристиан переглянулся с Джарвисом.

— Таково решение леди. — Поднявшись, Джарвис указал рукой в сторону двери. — Перейдем в библиотеку.

В библиотеке они потратили некоторое время на то, чтобы сочинить послание, а потом Кристиан и Мэдлин, сев по разные стороны стола, начали переписывать его аккуратным, разборчивым почерком.

— У нас еще много времени, — заметил Кристиан, не прекращая работы. — Те кварталы не оживают раньше полудня, а к тому часу мы отошлем эти записки, так что у них будет время известить всех до того, как Бена выпустят в их владениях. Бена отпустят, вероятнее всего, перед вечером, а не в начале дня.

Услышав отдаленный стук дверного молотка, Джарвис настороженно повернулся к двери. Кристиан тоже посмотрел в том же направлении, а затем, когда до них донесся с лестницы звук уверенных шагов, отложил перо. Мэдлин же продолжала писать, полностью сосредоточившись на своем деле.

— Мистер Далзил, милорды, — открыв дверь, доложил Гасторп.

Поднимая голову, Мэдлин услышала, как бархатистый, низкий голос протяжно произнес:

— Дирн. Краухерст. Как я понимаю, есть нечто, о чем, по вашему убеждению, мне необходимо знать.

Какое-то непонятное, подсознательное чувство огнем обожгло Мэдлин, и она во все глаза смотрела на высокого джентльмена, который с невыразимой грацией входил в комнату. Внешне он был похож на Джарвиса и Кристиана: высокий, широкоплечий, темноволосый, с удлиненным строгим лицом, свидетельствовавшим о его благородном происхождении. Однако под этой видимой внешностью было скрыто что-то еще — что-то более твердое, более острое, в целом вызывающее необъяснимую тревогу, и Мэдлин неожиданно обрадовалась, что Джарвис, пусть и метафорически, стоит между ней и своим бывшим командиром.

Существовали люди опасные и чрезвычайно опасные; Далзил принадлежал к последней категории.

— Рад вас видеть. — Джарвис двинулся ему навстречу. — Я опасался, что вы могли уехать из города.

— Пока я здесь.

Легкая улыбка заиграла на подвижных губах Далзила; он обменялся рукопожатием с Джарвисом и Кристианом, а потом, бросив быстрый взгляд на Мэдлин, вопросительно посмотрел на Джарвиса.

— Далзил, Мэдлин Гаскойн, — произнес Джарвис.

Мэдлин осталась сидеть. Откинув голову, она посмотрела на Далзила, милостиво улыбнулась и, сознательно величественно, протянула ему руку.

— Добрый день, сэр.

Она заметила, как у Далзила снова приподнялись уголки губ, когда он взял ее руку и весьма учтиво склонился над ней.

— Очень рад, мисс Гаскойн, хотя думаю, в городтос привело что-то совсем не радостное.