Страница 30

Наконец она отодвинулась от него. Он схватил ее за руки.

— Позвольте мне любить вас, — прошептал Хоук. Она покачала головой с легкой, холодной, таинственной улыбкой.

— Просто наслаждайтесь.

У него не было сил протестовать, потому что она снова раскрыла свои сладостные губы и втянула его в себя полностью, слегка задыхаясь от его величины, а потом принялась целовать так, что он понял ее намерения. Он закрыл глаза и сдался.

Много времени не потребовалось. Комнату наполнили его восторженные стоны, и молодая красавица куртизанка отодвинулась и довела его до оргазма горячими нежными пальчиками.

— О Боже, Белинда! — выдохнул он наконец, чувствуя себя полностью опустошенным.

Она поднялась на ноги, взяла его галстук и с понимающей улыбкой бросила ему на живот.

— Теперь вы чувствуете себя лучше, Хоуксклиф?

Он рассмеялся, а она допила его бренди. Потом небрежно взяла испачканный галстук и швырнула в огонь.

Хоук смотрел на нее в потрясенном восхищении, слишком удовлетворенный, чтобы пошевелить хотя бы пальцем.

Какая женщина!

Молча она приблизилась к нему, застегнула на нем панталоны, потом погладила его грудь кончиками пальцев.

Он осторожно обхватил ее запястье и потянул к себе на колени, обняв за талию, чтобы она не могла убежать. Хоук пригладил ее растрепавшиеся волосы и заметил в ее глазах некоторую неуверенность.

— Зачем вы это сделали? — поинтересовался он.

— Затем, что вы в этом нуждались. Вам не понравилось? — спросила она, мгновенно переходя в наступление.

— Конечно, понравилось, — отозвался он с хриплым смешком. — Вы ничего не имели против?

— Не говорите чепухи. С того вечера, как мы с вами познакомились, вы сомневались в моих способностях куртизанки, и я решила, что пора поставить вас на место, — заявила она надменно.

Обнимая ее, Хоук почувствовал, как она напряжена. Он усмехнулся и ласково поцеловал ее в щеку.

— Ну что ж, вы меня убедили, мисс Гамильтон. Можете ставить меня на место всякий раз, когда вам этого захочется.

Она с улыбкой опустила ресницы. Так они и сидели: она — скованная и настороженная, он — удовлетворенный и счастливый, обнимающий ее за талию; в его объятиях она была теплой и удивительной.

— Я все сделала правильно, Роберт? — неуверенно спросила она спустя какое-то время. — Можете сказать мне правду. — Вопрос был так нелеп, что он чуть не расхохотался, но от смеха его удержали ее слова: — Потому что, видите ли, я… я еще никогда не…

Он смотрел на нее в крайнем изумлении.

— Вам не понравилось, — вздохнула она и съежилась под его пристальным взглядом.