Страница 66

Хоук нахмурился, потому что Гриффон заметил их и направился прямиком в их сторону, пробиваясь сквозь танцующие пары с видом совершенно трагическим. Его юношеское лицо пылало от гнева и еще от того, что он выпил несколько больше своей обычной нормы.

Лицо у Хоука стало холодным и отчужденным. Он попытался притвориться, что не замечает Гриффона, а у Джульет был такой вид, будто она попала в западню. И вот уже Гриффон стоит перед девушкой, дрожа от ревности и негодования. Джульет грустно посмотрела на него, а потом перевела взгляд на Хоука.

— Вы глупышка, — сказал ей Гриффон, тщательно артикулируя каждое слово, чтобы она могла читать по губам. — Он любит другую, а вы любите меня, и я вас обожаю. Джульет, как могли вы предать меня?

Джульет всхлипнула и хотела взять Гриффона за руку, но он сердито отдернул ее.

— Не бойтесь — я сохраню ваши тайны.

— Тайны? — Хоук свел брови и повернулся к Джульет. Хватит с него женщин с тайнами.

— Что же до вас, сэр, то я скажу вам прямо — пусть это будет стоить мне моего места в парламенте, — что леди Джульет выходит за вас только потому, что ее заставляетотец. Если вы мне не верите, спросите у нее! — воскликнул он, и в это время появился мистер Уиллис с помощниками, чтобы вывести его из зала.

— Какие тайны? — требовательно спросил Хоук. Гриффона схватили за руки. Колдфелл уже торопливо ковылял к ним.

— Выгоните его!

— Вон отсюда! — рявкнул мистер Уиллис, потому что Гриффон начал сопротивляться.

— О, Джульет, я люблю вас! — крикнул юноша, когда помощники чуть не волоком потащили его к двери.

— Как вы смеете приставать к моей дочери? — загремел Колдфелл.

— Как вы смеете заставлять ее вступать в брак, которого она не хочет? — прокричал в ответ Гриффон.

В зале наступила мертвая тишина. Хоук был удивлен: он и не подозревал, что кто-то может осмелиться так разговаривать с графом Колдфеллом. Очевидно, сам граф Колдфелл тоже об этом до сих пор не подозревал.

Его морщинистое лицо пошло багровыми пятнами. Он ткнул в Гриффона тростью.

— Я требую, чтобы этого мальчишку вывели отсюда! Я сто раз предупреждал его, чтобы он держался подальше от моей дочери…

Хоук встал, чтобы помочь навести порядок. Он подошел к мужчинам как раз в тот момент, когда Колдфелл тихо прошипел:

— Я добьюсь, чтобы вы потеряли место в парламенте.

— Вы, сэр, последний человек в мире, который мог бы угрожать мне, — спокойно ответил Клайв, — если вы, конечно, не хотите, чтобы эти люди узнали правду о том, как умерла ваша жена.

Только Хоук и Колдфелл услышали эти тихо произнесенные слова. Хоук потрясение уставился на Гриффона. Гриффон рванулся из рук стражей порядка.

— Но к счастью для вас, лорд Колдфелл, я не из тех, кто прибегает к шантажу.

Колдфелл побелел, а Хоук схватил Гриффона за плечо.

— Пойдемте со мной, — велел он, поворачивая юношу лицом к двери. — Я все устрою, — бросил он мистеру Уиллису.

— Хоуксклиф! — слабо запротестовал Колдфелл. Хоук не обратил на него внимания и вышел, увлекая за собой Гриффона.

Все расступались перед ними с испуганными лицами.

— Вы знали, что я люблю ее, Хоуксклиф! Как вы могли предать меня? Вы оба…

— Не могли бы вы помолчать, пока мы не выйдем отсюда? — проворчал Хоук. Сердце у него гулко билось. Он вытащил Гриффона из зала и свернул за угол, направляясь к конюшне. — Рассказывайте, что вам известно о смерти леди Колдфелл. Или вы блефовали?

— Я не блефовал! — Гриффон потер лоб. Вид у него был очень несчастный. — Я обещал Джульет никому не говорить… но вы намерены стать ее мужем, так что, пожалуй, вам стоит об этом узнать, если вам когда-нибудь придется защищать ее.

— От чего?

— От правды. Хоуксклиф, можете вы поклясться, что не проболтаетесь?