Страница 4

— Не хотела идти через аэропорт?

— Спросите, пожалуйста, видела ли она что-нибудь… необычное, — снова вмешался фэбээровец.

— Глэдис? — Тон Джека был хамски-приказным.

— Да, но больше я говорить ничего не буду.

Почему это они считают, что должны спрашивать через него?! Она с ним вообще разговаривать не хочет! И с ними со всеми! Пусть везут в тюрьму!

— Сэр, она слегка не в себе, но через полчаса ответит на все вопросы. Позвольте мне позаботиться об этом.

— Вы уверены, Четтерсон? Может быть, стоит вызвать ей врача?

— Психиатра? Нет, не стоит, я обойдусь более простыми средствами.

Хам! Негодяй! Позорит ее перед людьми своими идиотскими репликами и слоновьим чувством юмора.

— Вам нужна какая-то помощь? Скоро подъедет полиция, мы просили прислать женщину-полицейскую.

— С вашего позволения, сэр, я займу на полчаса одну из комнат отдыха для VIP персон. Этого будет вполне достаточно.

— А вы уверены, что она не сбежит? — это прорезался фэбээровец.

— На одном-то каблуке?

Он и это заметил! Негодяй! Мог бы сделать вид, что все в порядке…

Глэдис по-прежнему злилась на него, но как-то лениво — скорее по привычке. Присутствие Джека странным образом подействовало на нее успокаивающе… По крайней мере, она хоть знала все гадости, которые приходилось от него ожидать.

— Ну вставай, пошли!

Это он ей? В таком тоне?

Пока она обдумывала, как уничижительно ответить на столь наглый приказ, сильная рука взяла ее за воротник, подняла и повела на цыпочках. Глэдис покорно засеменила, не говоря ни слова — слов просто не было. Проходя мимо зеркала, висевшего у двери, она украдкой бросила в него взгляд и зажмурилась от унижения. Со стороны это выглядело ужасно — громадный мужчина с брезгливым лицом волок двумя пальцами за шкирку нечто вроде замызганной черной кошки, вынутой из помойного бака, держа ее на вытянутой руке, чтобы не испачкаться. И это она?! Почти первая красавица колледжа?! Истинная леди?!

Глэдис не знала, куда он ее ведет — просто плелась, по-прежнему зажмурившись, направляемая рукой, крепко державшей ее за воротник. Коридор… Какая-то лестница… Еще коридор…

— Пришли, — Джек отпустил воротник, взял ее за плечи и прислонил к стене. Глэдис открыла глаза. Это было нечто вроде маленького гостиничного номера — большая двуспальная кровать с бледно-зеленым покрывалом, пара тумбочек, стол и два стула. Она шагнула к кровати, но Джек перехватил ее за плечо и водрузил на место.

— Не трогай тут ничего, испачкаешь. Раздевайся!

— Зачем? — испуганно пискнула она, повернувшись к нему. Он что, хочет?!.. Ее глаза метнулись в сторону постели. Джек ухмыльнулся, перебросил зубочистку из одного угла рта в другой и нагло заявил:

— И не надейся! Раздевайся и иди в душ, да побыстрее, времени нет!

«Не надейся»?… Это он — ей?! Он что, считает, что она хочет?… Негодяй бессовестный!

Да будь он единственным мужчиной на земле… Глэдис от возмущения потеряла дар речи — с ней это порой случалось — и замерла на месте, подыскивая подходящий ответ.

— Шевелись, ты похожа на Смоляное Чучелко3!

Эта реплика ее добила — слова, наконец, нашлись:

— Чтоб ты зубочисткой подавился! — мечтательно пожелала она и начала раздеваться. — Отвернись!

— Давай быстрей, не болтай. Ничего нового я все равно не увижу.

Она разделась и была немедленно втолкнута под душ.

— Мойся! Приду через пять минут. Дверь заперта, не бойся, никто, кроме меня, не войдет.

Вода была горячей — восхитительно горячей. Глэдис медленно согревалась, наконец-то начиная чувствовать себя чистой. Намылившись в третий раз, она почувствовала, как по ногам потянуло холодом, смыла мыло с лица и открыла глаза.

Джек стоял, распахнув дверь душевой кабинки, и бесстыдно пялился на нее.

— Смывай, хватит, времени нет, — коротко бросил он, не сомневаясь, что распоряжение тут же будет выполнено.

Она решила не спорить и встала под струю. Как только душ был выключен, Джек тут же обмотал ее махровым полотенцем и перенес на кровать — под мышки, как щенка.

— Вытирайся, и побыстрее!