Страница 41

— Дорогая, кажется, мы с тобой слегка влипли!

Она не успела даже открыть рот, чтобы спросить, что это значит, как услышала:

— Постоялец номера двенадцать пятьдесят шесть сегодня утром найден убитым в своем номере…

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Это не я! — запротестовала Глэдис. — Я его не трогала!

— Вот в этом я как раз не сомневаюсь, — ухмыльнулся Джек, выпрямляясь. — На киллера ты у нас явно не тянешь!

— А что теперь будет?…

— Надеюсь, что ничего… — судя по всему, он начал постепенно успокаиваться — нашарил в кармане зубочистку и привычным жестом запихнул в рот, плюхнувшись а противоположное кресло. — Я тут разговорился с одним парнем из службы безопасности отеля — я его еще по предыдущему разу знаю — вот он мне и рассказал. Постояльцам ничего не говорят, боятся напугать…

— Я же тебе говорила, что это маньяк! — торжествующе перебила Глэдис. Джек только поморщился, продолжая:

— Убитый — вроде бы какая-то крупная шишка, и местную полицию сразу же оттеснили от дела, так что — этот парень сам толком ничего не знает. Думаю, что до нас никто не доберется — но я очень прошу: если все-таки тебя прихватят — пожалуйста, не ври! Говори все как есть — и что ошиблась номером… и так далее…

— И про помаду? — нерешительно спросила Глэдис, прикидывая, куда лучше спрятать «Рассвет орхидеи» — за подкладку чемодана или в запасные тапочки?

— И про помаду, — подтвердил Джек. — И, ради бога, перестань нести всякую чепуху про маньяков!

— Это не чепуха! — возмутилась она. — Видишь — уже один труп нашли!

Но ее муж — как всегда бесчувственный и не верящий в ее не раз подтвержденные на практике гениальные способности — только отмахнулся и подытожил:

— В общем, так: об этом не говорим, особенно при ком-то, делаем вид, что ничего не произошло, и продолжаем жить нормальной жизнью. А сейчас — давай-ка закажем обед в номер…

Вот вечно он так! Только о еде и способен думать!

Глэдис не раз смотрела фильмы, где юная прекрасная героиня, оказавшись свидетельницей страшного преступления, распутывает его с такой ловкостью, которая не снилась целому полицейскому участку. А сейчас и ей самой представилась такая возможность! Только с чего начать?

Об этом она размышляла, устроившись отдохнуть после обеда — правда, мама не рекомендовала и говорила, что это полнит, но зато так приятно… Покосившись на сонно сопящего рядом Джека, Глэдис твердо решила его в свои планы не посвящать — только будет зря шуметь и, чего доброго, начнет всюду таскаться за ней по пятам и мешать!

Помада с криминальным прошлым была надежно спрятана в самом безопасном месте — под матрасиком в клетке Панча. Оставалось придумать, как избавиться, хотя бы ненадолго, от любимого мужа. Это должно быть только ее расследование!

К своему удивлению, проснувшись, Глэдис обнаружила, что судьба распорядилась за нее. Последствия хорошо проведенного на пляже времени были налицо — спина и плечи Джека приняли цвет, сравнимый лишь с ее новым саронгом с драконами, и при этом отчаянно горели и чесались.

Конечно, ей было жалко страдающего мужа — что Глэдис и поспешила продемонстрировать, прикрыв его плечи мокрым полотенцем и скормив ему пару таблеток аспирина. Но с другой стороны… напялить на это рубашку было невозможно — а посему, по крайней мере до завтра, он обречен отсиживаться в номере!

А значит, можно действовать! Не заставит же он ее безвылазно сидеть с ним?!

Нежным голосом Глэдис намекнула:

— Ты знаешь, когда мне было двенадцать лет, я тоже ужасно обгорела… так вот, мама меня на ночь помазала холодным йогуртом — и к утру все прошло!