Страница 5

— Фугас! — заорал водитель, выкручивая руль. — Нас подорвали!

«Спринтер» занесло, он клюнул носом и замер, упёршись в скалу. Я рванул ремень, схватил цилиндры и вывалился наружу.

Горел головной «Тигр». Тот самый, в котором ехал Белов. Пламя взметалось метров на десять, освещая всё вокруг неровным, пляшущим светом.

— Белов! — закричал я, хотя понимал, что кричать бесполезно.

Из темноты ударили автоматные очереди.

— К бою! — Волков уже был здесь, рядом, тащил меня за куртку к обочине. — В укрытие, быстро!

Я упал за камень, прижимая к груди цилиндры. Рядом плюхнулась Анна, бледная, с расширенными глазами.

— Кто это?

— Не знаю. Мародёры. Или курды. Какая разница.

Стрельба усиливалась. Наши отвечали, я слышал характерный стук «Калашниковых» и более тяжёлый говор пулемёта с «Патруля». Где-то кричали на фарси злобно и возбужденно.

Волков перебежками двигался между машинами, отдавая команды. Бойцы работали чётко, слаженно, как на учениях. Но «Тигр» горел, и в нём, в нём...

Я зажмурился. Нельзя думать об этом сейчас. Нельзя.

Бой длился минут десять, хотя мне показалось, что вечность. Потом стрельба стихла. Нападавшие отошли, поняв, что лёгкой добычи не будет. Или перегруппировывались для нового удара.

Волков подошёл ко мне, лицо его было чёрным от копоти.

— Белов... — начал я.

— Погиб. И двое бойцов.

Я молчал. Что тут скажешь?

— Выдвигаемся.

Я кивнул и побрёл к машине. Анна сидела на подножке, закрыв лицо руками. Она плакала, беззвучно, по-женски, не стесняясь.

— Анна...

— Я знаю, — сказала она, не поднимая головы. — Надо ехать. Я в порядке.

Я хотел сказать что-то ободряющее, но не нашёл слов. Просто сел рядом и обнял её за плечи.

Волков крикнул: «По машинам!», и мы двинулись дальше.

В горевшем «Тигре» остались Белов и двое парней, имён которых я так и не узнал.

Глава 12

К равнине мы спустились на рассвете.

Горы остались позади, и дорога пошла ровнее, хотя разбитая бомбёжками, с воронками и завалами, она всё ещё требовала осторожности. Солнце поднималось над горизонтом, обещая ещё один жаркий день.

— Скоро Каспий, — сказал Волков, сверяясь с навигатором. — Километров восемьдесят осталось.

Восемьдесят километров. Час-полтора нормальной дороги. Здесь, в условиях полного бездорожья и постоянной угрозы, полдня, если повезёт.

Не повезло.

Блокпост мы заметили издалека, три пикапа поперёк дороги, люди с оружием, флаги. Не иранские. Другие.

— Курды, — Волков поднёс бинокль к глазам. — Партия свободной жизни Курдистана, судя по нашивкам. Человек двадцать. Есть крупнокалиберный пулемёт на «Тойоте».

— Что будем делать? — спросил я.

— Воевать с ними, самоубийство. У нас боеприпасов с гулькин нос, топливо на исходе, и мы уже потеряли троих. Надо договариваться.

— Кто пойдёт?

Волков перевёл взгляд с меня на Анну и обратно.

— Вы оба. Женщина в такой компании вызывает меньше агрессии, чем двое мужиков.

Анна побледнела, но кивнула.

— Я пойду.

— Хорошо, — Волков посмотрел на меня. — Говорите твёрдо, но без вызова.

Громов, до этого молчавший, вдруг подал голос:

— Андрей, предложите им золото. Сколько запросят. У старых дипломатов свои приёмы.