Страница 40

Отодвинув плечом ближайшего приятеля, он сделал несколько шагов и оказался рядом с нами. Явный спортсмен, скорее всего, баскетболист, с довольно хорошо накачанными бицепсами и широкими ладонями.

Я подготовился к встречи, вспомнил свой польский, поэтому без труда продолжил:

- Тебя в твоих ебенях не учили манерам, кусок дерьма? Не уразумел до сих пор, что если девушка сказала "нет", то нужно поблагодарить за вежливый ответ и идти искать чего попроще? Куда ты, одноклеточный лезешь?

Парень совершенно обалдел и от моего польского и от того, как это было сказано . Сказано ему, "звезде" спортзалов.

- Да я тебя!... - замахнулся он на меня сверху вниз ( здоровый, гад!)

Я, не сходя с места, (Габи ведь вцепилась мне в левую руку, испуганно глядя на спортсмена снизу вверх), двумя пальцами сделал мгновенный "укол" в солнечное сплетение. И когда красавец с выпученными глазами застыл, слегка согнувшись вперёд, я, тыльной стороной расслабленной ладони нанёс ему резкий, хлёсткий удар сбоку по животу. Есть там такое интересное место, которое очень помогает. При запорах. И мозгов и желудков. Не мешкая ни секунды, я подхватив Габи постарался отодвинуться от него подальше. Раздался довольно громкий пук, на белых джинсах расплылось коричневое пятно и в воздухе запахло родными "удобствами во дворе".

- Ещё раз хоть одна девушка пожалуется на тебя, - сказал я , стараясь не вдыхать "ароматы" расходившиеся от него всё дальше. - И срать будешь кровью. Уразумел?

И повернувшись к Габи, улыбнулся и сказал:

- Так что, говоришь у вас сегодня было на уроках?

+++++

Арнольд практически перестал заниматься своей обычной работой, в аналитическом отделе его теперь трудно было застать. Все его контакты ограничивались теперь только периодическими встречами со своим непосредственным начальником - герром Шнитке, с которым они, при необходимости отправлялись на встречу с канцлером.

Получив информацию от Александра о скором переходе арабских террористов в сопровождении новых лидеров "Фракции Красной армии" в ФРГ, для проведения небывало- бесчеловечного теракта, оба сотрудника БНД этим же вечером сидели в кабинете канцлера.

- Этот мерзавец Эрих, совсем рехнулся! - выслушав доклад Арнольда вскипел Брандт. - Планировать такое в столице Федеративной республики! Это же тысячи жертв! И главное - ради чего?!

- Ради того же, ради чего они совершили все прошлые преступления. - ответил Шнитке. - Они называют это "революционной борьбой с капиталистической системой"! А по-сути - попытки любым способом помешать развитию нашей страны, вызвать хаос и недовольство граждан. Показать "несовершенство капиталистического общества", как они любят говорит. Посмотрите, скажут они своему народу, у нас, в социалистическом государстве тишь да гладь, а на хвалёном Западе людей убивают на улице и травят прямо в собственных домах.

- Поэтому они ни слова не сказали о теракте в Ризе, - вставил Арнольд. - и вместо того, чтобы судить преступников, решили использовать их против нас.

- Ничего, я посмотрю, что мне на это скажет Хонеккер, глядя в глаза! - проговорил с угрозой канцлер. - Вы приступили к подготовке захвата этой группы?

- У нас есть возможность покончить практически со всеми активными членами РАФ. - ответил Шнитке. - Накануне теракта они все соберутся на своей базе, адрес которой у нас теперь имеется, благодаря этому русскому парню.

- Отлично! - пристукнул ладонью канцлер по подлокотнику кресла и уточнил. - Вы планируете арестовать их на базе предотвратив, таким образом преступление?

- Это самое первое, что приходит на ум. - кивнул Шнитке. - Но у герра Хеттвер, есть кое-какие соображения.

- С удовольствием выслушаю! - согласился канцлер. - Вы, Арнольд показали себя отличным специалистом!