Страница 55

- Вокально- инструментальная группа из наших срочников едет на фестиваль. - объявил дирижёр и снова посмотрел на меня. И едва раздались первые робкие слова удивления, добавил: - В ФРГ.

- Что?! - этот изумлённый возглас вырвался из всех глоток одновременно. Только я не догадался воскликнуть вместе со всеми. Вот так и сгорают шпионы...

Переждав бурю удивления дирижёр продолжил:

- Приглашение пришло от правительства ФРГ на группу " Ветер перемен" под руководством Александра Любимова и с солисткой Габриэль Хеттвер.

Чихрадзе сделал небольшую паузу и добавил:

- А я и не знал, что наша группа называется "Ветер перемен" и что ею руководит Любимов!

Ага, вон почему он всё время прожигает меня взглядом! А я что? Не я же это приглашение составлял!

- Любимов, не хочешь ничего сказать? - не дождавшись от меня реакции, спросил дирижёр.

- А что сказать, товарищ капитан? - я честно посмотрел ему в глаза. - Название группы написал корреспондент, который разговаривал с нами в Югендпалас. Ему же надо было как-то нас обозвать, отсюда наверное и взяли. А про руководителя вообще сами наверняка придумали. У нас в группе мы считаем руководителем Виталия. Ну а эти, которые приглашение составляли из газеты всю информацию и взяли.

Чихрадзе вроде как удовлетворился моим объяснением, потому как больше не стал меня пытать, а закончил объявление:

- Командование полка и дивизии приказало обеспечить группе максимально благоприятные условия для подготовки к фестивалю. И это касается не только меня, как дирижёра, но и всех музыкантов оркестра. Вы, как старшие товарищи и профессиональные музыканты более высокого уровня должны оказать всяческую поддержку нашим срочникам.

- Так, а чем мы им можем помочь? - растерянно протянул Студников. - Их уже вон и по немецкому радио крутят и наш "Алдан" с утра до вечера гоняет!

- Приказано окружить заботой, значит будем окружать! - ответил Онопко.

- Я продолжу заниматься с Любимовым вокалом! - подал голос Василий Иванович. - Наверное, можно даже увеличить время занятий. Больше никаких идей у меня нет.

- Для Любимова этого достаточно! - кивнул Чихрадзе. - Ну, разве что Вячеслав Андреевич можете позаниматься с ним ещё и саксофоном. Хотя это больше для галочки.

- А наш "дятел" пусть постучит с Сараевым! - выпалил Вася Онопко, оглянувшись на сидящего в последнем ряду за ударной установкой Павлюченко Петра Алексеевича, которого в оркестре давно окрестили "дятлом", за то, что никто и никогда не видел его без барабанных палочек в руках, которыми он постоянно выбивал какой -нибудь замысловатый ритм хоть на подоконнике, хоть на плече того, с кем он в данный момент разговаривал. Вот и сейчас он тихонько стучал по ободу малого барабана и не прерывая этого увлекательного занятия, промычал что -то типа: " А почему бы и нет?"

- Конюшков возьмёт на себя Брускова с трубой. - подал идею старшина.

- А они разве трубу используют? - не очень обрадовался Геннадий Николаевич.

- Не использовали, значит будут использовать! - подмигнул Слатвинский. - В отчёте для начальства.

- Ну это мы всегда могём! - расцвёл улыбкой Конюшков.

- Кто у нас остался не охваченный заботой? - старшина оглядел участников нашей группы.

- Занятия на фортепиано с Богдановичем я возьму на себя. - сказал дирижёр и как-то криво улыбнулся. Оказывается он тоже может шутить?

- Мордасов со своей бас-гитарой остался неприкаянный. - старшина остановил взгляд на Женьке и тот невольно втянул голову в плечи. Если кому и нужны были дополнительные занятия, то как раз ему.

- У нас на бас-гитаре кроме него только Любимов играет. - обернулся старшина к Чихрадзе.

- Ну вот пусть он с ним и занимается, - вынес вердикт дирижёр. - Но в рапорте укажем... - он быстро оглядел оркестрантов. - Михеенко.

- Товарищ капитан, да я ж на этом рогатом аппарате не умею?! - вытаращил глаза наш тромбонист.

- Значит за ночь освоишь и завтра с утра приступишь к занятиям с Мордасовым! Я правильно понимаю, товарищ капитан? - не мог удержаться от хохмы Вася Онопко.