Страница 28

Сэр Том не любил Вирджила Клея.

Он смирился с тем, что этот человек ходил за ним по пятам, как бродячая собака, и забавлялся его невежеством.

Его смерть ничего не значила для сэра Тома.

Его ждала работа в Седоне, штат Аризона — диком городке, которому требовался первоклассный стрелок с хорошей репутацией.

Но он не торопился.

Ведь теперь Тайлеру Кейбу придётся иметь дело с такими, как Элайджа Клей…

* * *

А недалеко от Уиспер-лейк в заброшенном, защищённом от ветров овраге, окружённом можжевельником и соснами, Элайджа Клей заряжал ружья и точил ножи.

До него уже дошли слухи об убийстве Вирджила — и нет никаких сомнений, что для Элайджи это было именно убийством, а не самообороной.

Жуя вяленое мясо, Элайджа задумчиво провёл лезвием охотничьего ножа по точильному камню, напряжённо размышляя об арканзасском охотнике за головами по имени Тайлер Кейб.

Элайджа принадлежал к горному народу. И в Западной Вирджинии он относился к их клану.

А этот клан неукоснительно следовал определённому кодексу.

Несправедливость должна быть наказана.

Когда убивали кого-то из семьи, кровные родственники должны отомстить.

Око за око.

То, что Кейб был южанином, для Элайджи не значило ровным счётом ничего. Он не принимал ничьих сторон в войне, зная, что одно правительство продажнее другого.

Он жил, как хотел, и думал, что хотел. Как и все жители гор.

А когда дело доходило до мести, они действовали не раздумывая.

Мысли Элайджи переметнулись на другого щёголя-стрелка из Техаса, который застрелил его брата Арвина. Этот трусливый сукин сын сдыхал почти восемь часов, в то время как Элайджа резал его на куски…

* * *

В «Похоронном бюро братьев Каллистеров» Калеб Каллистер смотрел с отвращением на стол.

Его новый бальзамировщик, Лео Мосс, хоть и был страстным профессионалом, слишком болезненно реагировал на всякие ужасы, как и Хайрам, брат Калеба.

После ночи азартных игр и секса Калеба разбудил Мосс. Он попросил спуститься с ним в похоронное бюро.

«Вы должны это увидеть», — сказал Мосс.

На столе лежал какой-то мёртвый бродяга, доставленный вчера из переулка. Тощий, измождённый, он весил не более сорока килограммов.

Мосс до рассвета копался в его внутренностях и теперь гордо демонстрировал Калебу награду за труд.

Ленточный червь. Мосс поместил его в двадцатилитровую бутыль со спиртом. Лентец плавал в жидкости, как какая-то причудливая змея. Паразитический плоский червь, разрезанный на куски.

«Почти десять метров, — похвастался Мосс. — Разве не чудо?»

Калебу пришлось согласно кивнуть.

В мире полно странных сюрпризов.

* * *

На постоялом дворе «Святой Джеймс» в своей комнате от кошмара, который даже не мог вспомнить, проснулся Джексон Диркер.

Он лежал на кровати, глядя в потолок, и думал о войне.

Диркер служил в 59-м Иллинойском пехотном полку. Впервые он ощутил, что такое война, возле Пи Ридж.

Он вспомнил, как наткнулся на Тайлера Кейба и его шайку южан. Вспомнил, как они обыскивали груды тел убитых солдат.

Господи… Те парни были оскальпированы. Выпотрошены. Плоть была срезана с костей, так что их не узнала бы даже родная мать.

Солдаты Диркера хотели прикончить южан на месте, но Диркер назначил другое наказание.

Он помнил ощущение кнута в ладони, свист воздуха и въедающуюся в тело плеть. Глядя на тех убитых и изуродованных парней, он потерял контроль над собой. Потерял всякое чувство приличия.

То, что он сделал, было неправильным.

Сейчас он это понимал… Как и понимал то, что Кейб и его люди не оскверняли те тела.

Но «знать» и «признавать» — две разные вещи.

Ибо гордость — дама суровая.

* * *