Страница 9

ЧАСОВОЙ НА СТРАЖЕ

Длинные отмели, поросшие бледно-зелёной осокой, и залитые лучами солнца, тянулись на несколько миль, начинаясь, от устья речки и кончаясь у подножия далёких покрытых тёмным лесом холмов. Небольшая тихая речка текла, прихотливо извиваясь, по цветущей равнине. В том месте, где её сонливо журчавшее течение сливалось с главной рекой, в её золотистые воды врезывалась узкая песчаная коса. Здесь высилась, словно часовой, длинноногая серовато-голубая птица, похожая на рисунок на японской ширме.

Плоская и узкая голова огромной цапли с вытянутым, наподобие кинжала, жёлтым клювом и с хохолком из двух гибких чёрных перьев была откинута далеко назад. Её изогнутая и необыкновенно длинная шея покоилась между приподнятыми горбом голубыми крыльями, переходя внизу в щиток ржаво-серого цвета, слегка прикрывавший каштановую грудь птицы. Если бы не её глаза, она казалась бы такой же сонной, как тихо дремавшие поросли осоки, как серебристо-голубая вода и опалово-бирюзовое небо. Но глаза цапли, круглые, немигающие и золотисто-блестящие, были широко открыты.

Над речной травой, резво порхая, пронеслась крупная бабочка с красновато-бурым тельцем, покрытым тёмными и красными знаками. Пролетев над водой, бабочка вдруг испугалась и понеслась назад к берегу, туда, где густо рос ярко-зелёный стрелолист с бледными и нежными цветами, дремавшими в застывшем воздухе. Бабочка увидела чашечки цветов и устремилась к ним, надеясь найти в глубине чистых венчиков капельку вкусного мёда. Несясь над песчаной косой, она заметила неподвижную цаплю, резко выделявшуюся над рядами осоки. Возможно, что она приняла её за столб или за пень, но цапля показалась ей удобным местом, где можно на минуту присесть и расправить свои крылышки. Бабочка подлетела ближе к птице. В немигающих золотистых глазах цапли она не заметила никакой угрозы. Целую минуту бабочка порхала вокруг этих глаз, как вдруг длинная шея и прямой жёлтый клюв рванулись с быстротой молнии вперёд, и бедняжка была схвачена. Повернув голову к берегу, цапля одним ударом о песок оборвала бархатное платье бабочки. Потом, быстро проглотив её, втянула шею обратно в плечи и приняла своё прежнее выжидательное положение.

Затем цапля заметила стрекоз. Трепеща крыльями над осокой и блестя, как рубиновая брошка на солнце, в воздухе мелькнула маленькая розовая лютка, спасаясь от преследования коромысла[1], сверкавшего изумрудами и аметистами. Судьба несчастной была предрешена. Великан был необыкновенно быстр и очень голоден. Его яркие крылья зашуршали, когда он догнал розовую беглянку и схватил её своими челюстями.

Серебристое и гибкое тело жертвы судорожно затрепетало. Всё это происходило возле неподвижной птицы на краю песчаной косы. Снова ринулся вперёд, как молния, длинный жёлтый ключ и мгновенно поглотил и сверкавшую драгоценными камнями пленницу и пёстрое чудовище.

Но этот скудный обед, даже если бы он состоял ещё из десятка самых больших бабочек и самых крупных стрекоз, не мог насытить прожорливую цаплю. Она двинулась вперёд, вошла в воду и остановилась. Здесь она приняла несколько другое положение: сгорбив спину, она наклонила голову и направила свой клюв вниз. Её зловещие золотистые глаза следили и за тем, что происходило вокруг неё в воздухе. Но внимательнее всего следили они за водой, омывавшей её ноги.

Долго стояла в воде огромная цапля. Сквозь прозрачную янтарно-бурую поверхность покрытой зыбью реки она различала на дне — частью песчаном, частью илистом — целую сеть причудливых узоров. Вдруг в воде мелькнула тень. С невероятной быстротой метнулся вниз клюв птицы и вытащил красивого серебристо-зеленоватого окуня, около пяти дюймов длины. Острые, как нож, жаберные крышки и сильные плавники рыбы с угрозой ощетинились. Но цапля вышла из воды и, бросив добычу на песок, лишила её ударом клюва чувств. Оторвав у окуня жаберные крышки и плавники, цапля проглотила сначала голову рыбы, а потом туловище. При этом она так сильно и судорожно двигала горлом, что её круглые жёлтые глаза стали ещё серьёзнее. Когда рыба очутилась глубоко в глотке, цапля вытянула во всю длину свою шею, стараясь проверить странными толчками, полностью ли, прошла добыча в желудок. Затем она снова заняла свой выжидательный пост. Но не успела цапля опять застыть, как на желтоватом дне реки мелькнул большой чёрный головастик. И он в одно мгновенье ока был проткнут клювом и проглочен. Мягкий, скользкий, лишённый плавников, он показался цапле очень вкусным.