Страница 30

— Но зачем тогда она рьяно убеждала нас расспросить его? Ведь ей было известно, что он ничего не подтвердит?

— Возможно, что и нет. Всем известно, что они были хорошими приятелями с мистером Гилкристом. А может быть, у нее была старая связь с ним, и она надеялась на то, что он выгородит ее?

— Нет!

Уж в этом-то Джо был уверен. У Кэролайн не было мужчины до него. И прежде чем Айвен Ходж задал ему следующий вопрос, Джо спросил:

— А Корлески? Он согласен с тем, что ошибка может таиться в программе?

— Да. Здесь она говорит чистую правду. Корлески подтвердил, что эта идея принадлежала мисс Эванс. Он также категорически отрицает возможность того, что она могла организовать диверсию из соображений тщеславия, чтобы прославиться спасением судьбы испытаний. Точно так же он уверен, что она не могла сделать это ради денег.

— А он не сказал, кто из членов команды, по его мнению, мог сделать это из тщеславия или ради денег?

Ходж отрицательно покачал головой.

— Когда будут проверены все остальные?

— На это потребуется время, но в целом все они вне подозрений. Мисс Эванс тоже никто не заподозрил бы, если бы приборы не зафиксировали ее ночные появления в лаборатории.

Естественно… Он и сам никогда не заподозрил бы ее… впрочем, он просто не мог отделаться от навязчивого желания обладать ею. Он думал только о том, чтобы повалить ее в постель и упиться ее нежным, сладким телом. Неужели она была настолько расчетлива, что пожертвовала ради своей цели невинностью? Или же… О Боже, но что еще могло двигать ею, кроме желания?! Нет, нет и нет — она отдалась ему явно не для того, чтобы выудить какую-то дополнительную информацию о программе «Ночное крыло». Все-таки он был симпатичен ей!

Кэролайн прекрасно могла получить секретные сведения без его помощи. Она не законченная идиотка, чтобы надеяться на то, что он станет ее сообщником только потому, что они переспали. Кэролайн не хотела этого. Даже если он не верит ей больше ни в чем, в этом она не лгала.

Что же теперь делать? Джо еще никогда не испытывал такой ярости и такой боли. Он едва мог перенести ее — внутри у него все будто оборвалось и рассыпалось. Ни к кому еще он так не прикипал телом и душой, как к Кэролайн с ее необузданной страстностью.

Нужно собраться с духом и посмотреть со стороны на все случившееся — посмотреть спокойно, без эмоций. Но почему-то он не мог этого сделать.

Ни один самолет не был ему так дорог, как «Ночное крыло». Его «Крошка» была особенной. Она была его машиной.

Однако Кэролайн тоже была его — его женщиной.

Но если бы пришлось выбирать между Кэролайн и «Крошкой», он все же выбрал бы Кэролайн. Презирая и проклиная себя за это, он все-таки выбрал бы ее. Он не мог допустить мысли, чтобы с ней хоть что-нибудь случилось. Здесь не было выбора. Не могло быть, несмотря на всю страстность и порывистость Кэролайн, она была такой хрупкой и беззащитной, а на допросе была такой испуганной.

Стоп, стоп, стоп… Джо нахмурился. Кэролайн совсем не похожа на злодея, таящегося во мраке. Возможно, он не слишком хорошо знает ее, но готов поклясться, что в ее душе нет места лжи и притворству.

Он должен увидеть ее. Задать ей несколько вопросов наедине, без свидетелей. Он заставит ее сказать правду!