Страница 121

По пятам его, бывало,

Люди толпами ходили,

Мудрого прося совета,

Чая помощи в несчастье.

Это он, ведун ученый,

Вздумал девушку утешить,

Осушить девичьи слезы.

Заклинатель ветра Туслар

Чудо-хижину построил

Посреди глухой долины.

Рублен крепкий дом из дуба,

На камнях он был поставлен;

Колдовской доской измерен,

Колдовской обрызган солью.

Бревна выгнуты чудесно,

Ладно пригнаны друг к другу.

Из сосны пахучей — балки,

Поперечины — из вяза,

Двери, окна — из рябины,

Из ольхи — доска порога,

А колода — из крушины.

Лавочка в избе — из клена.

Потолок — черемуховый,

А полати — липовые.

Кровли крепкие, стропила

Из ореха вытесаны.

Решетины — из мозжухи,

Дрань на кровле — из березы,

Кровельная связь — из яблонь.

Пол избы — из жженой глины,

Перемешанной с тимьяном,

Пол утоптанный ногами,

Ветром выглаженный чисто.

Знахарей сошлось без счета,

Колдунов и наговорщиц,

Окурили дом волшебный,

От беды его закляли.

Заклинатель ветра Туслар

Не засиживался дома,

Пролетая по округе,

Сына Калева он встретил,

Он приметил трех сестричек,

Что поверх тесовой клади,

Посреди мешков блестящих,

На спине его сидели,

Как тетерки на насесте,

Песню звонкую кудахча.

А потом — подстерегатель,

Хитрый Туслар, соглядатай,

Подглядел, как трех сестричек

Брату Алеву вручили,

Чтоб росли под братним кровом.

Видел он всех трех красавиц,

Трех сироток неразлучных,

Как они в лугах резвятся,

Как под солнышком играют

В шумном девичьем веселье.

Видел он всех трех красавиц,

Трех сироток неразлучных,

Как они порой вечерней,

Забавляясь на качелях,

Запевают песню счастья.

Видел он их — трех красавиц,

Трех сироток неразлучных,

Как они, в объятьях дремы,

Под лучом луны полночной,

Спят на шелковой постели.

Видел он всех трех красавиц,

Трех сироток неразлучных,

Как они росой цветочной

Лица розовые моют,

Кудри шелковые гладят,

Золотым их чешут гребнем.

Подойти к ним не посмел он,

Их обнять не стало духу.

В сети тайных искушений

Он заманивал красавиц,

По пятам за молодыми

День и ночь ходил он тайно.

Как за Калевовых братьев

Вышли замуж две сестрицы,

Та, что сиротой осталась,

Тихо в сумерках сидела,

Тосковала у порога,

На луну в слезах глядела,

На ольховник почерневший,

На развеянный березник,

На увядшие листочки,

Что плетут покров червонный,

Заметая след остывший

Убегающего лета.

Две сестрицы золотые

Шли в дома свои с мужьями, —

Каждой — золотые ласки,

У любименькой любимый.

Ту, что сиротой осталась,

Было некому утешить,

Обогреть ее, лаская.

И куда ж ей, одинокой,

Ей, тетерочке забытой,

Бедной уточке отставшей,

Что на край плота уселась,

Положить свою головку,

Ввечеру куда улечься?

На булыжник, возле кочки,

Иль на грудь скалы холодной,

Иль в гнездо сосны высокой,

Иль в объятья красной ивы?

В руки ласковой березы,

Под полу седой осины —

Иль в колючий можжевельник?

Кто печаль ее развеет?

Кто недуг ее излечит?

С кем ей горем поделиться?

С кем порадоваться вместе?

Заклинатель ветра Туслар

Так подумал, так размыслил:

«Знать, и мне приспело счастье

Я любовью завладею!»

Из кустарника он прыгнул,

Словно ястреб на цыпленка,

Крепко девушку схватил он

И зажал ей рот ладонью,

Чтоб не вскрикнула сиротка,

Чтоб не кликнула на помощь.