Страница 140

Начал он спускаться в яму,

В пропасть черную проворно.

Свет дневной едва в ней брезжил

Вскоре вовсе стал невидим.

Мрак глубокий, непроглядный,

Схожий с тьмою гробовою,

Сына Калева окутал.

Ощупью отважный витязь

Вдоль стены, доверясь пальцам,

Углублялся в подземелье.

Здесь является ли полдень

Вслед румяному рассвету,

Или вечно все объято

Тьмою ночи бесконечной?

Угадать не мог смотрящий,

Света признаков не видел.

Мышка пискнула из мрака,

Невидимкой просвистела:

— Позвони в свой колокольчик,

Погреми золотозвонким! —

Богатырь Калевипоэг

Понял, внял совету мыши.

Зазвонил он, загремел он

В колокольчик золоченый.

И опять ему явилось

Чудо, прежнего чудесней.

Перед звоном чародейным

Тьма густая посветлела.

Словно плащ безлунной ночи,

Полог тени предрассветной

Под зарею исчезает, —

Так редела, исчезала

Тьма в глубоком подземелье.

Калевитян сын могучий

Ноги двигаться заставил

По неведомой дороге.

Богатырскими шагами

Пожирал он расстоянье,

Озаренное не солнцем,

Не мерцаньем бледным, лунным,

Что в ольховник грустно льется,

Что в березник тускло брезжит,

Серебрит туманы ночи.

Посмотри, — дорогу мужу

Чудо-сети преградили,

Что на каменных деревьях,

Как косматые тенета,

Как густая паутина,

Поперек пути висели,

Из живых сребристых нитей

Хитроумно сотканные,

Вместе связаны стократно,

Скрещены тысячекратно.

Калевитян сын могучий

Начал рвать паучьи путы,

Потрясать сребристый невод,

Сбрасывать его на землю.

Но чем больше муж могучий

Рвал густую паутину,

Тем плотней она сплеталась,

Тем громадней разрасталась,

Ставя тысячу препятствий,

Десять тысяч укреплений.

И не мог ни шагу дальше

Сделать богатырь могучий,

Мышцы сильные устали,

Мощь героя иссякала.

Калевитян сын любимый

Молвил сам себе в раздумье:

«Прежде стены сокрушал я,

Горы выворачивал я

С их корнями каменными,

Рвал я цепи якорные.

Что ж порвать не в силах ныне

Пустяковой паутины?»

Тут пятнистая лягушка

Квакнула ему, сказала

Вразумительное слово:

— Позвони в свой колокольчик.

Загреми золотозвонким! —

Калевитян сын любимый

Понял, внял словам лягушки.

В руку взял он колокольчик,

Зазвонил, что было силы.

И внезапное явилось

Чудо, прежнего чудесней:

Перед звоном чародейным

Колокольчика златого

Рухнули густые сети.

Вмиг исчезла паутина.

Сильный муж Калевипоэг

Ноги двигаться заставил

По неведомой дороге.

Под его широким шагом

Версты быстро пролетали.

Калевитян сын могучий

Берегов ручья достигнул,

Малой речки, неширокой

И по виду неглубокой,

В шаг ручей был шириною

И еще в две пяди к шагу.

Богатырь неустрашимый

За ручей шагнул, но тут же

Противоположный берег

Отодвинулся внезапно.

И попал пятою в воду,

В тину влип ногою витязь.

Калевитян сын могучий

Вылезть на берег пытался,

Заносил раз двести ногу.

Ногу левую из тины

Вытащит — увязнет правой.

Хоть вот-вот подать рукою

Берег противоположный, —

Он его не мог достигнуть,

На траву пяту поставить.

Богатырь Калевипоэг

Стал на отдых поневоле,

Сокрушенно размышляя:

«Я все озеро Чудское

Вброд прошел с тяжелой ношей,

А теперь тону в речушке!»

Выполз из багровой тины