Страница 77

Примерно с шестого класса в школе нас учили элементарным знаниям о растениях и генетике на уроках естественных наук. Нам сказали, что именно разделение полов в растениях лежит в основе всех вариаций жизненных форм, и что если вы сохраните семена растения, полученное потомство будет выглядеть совершенно иначе, чем родительские растения.

На самом деле это наблюдаемое явление, которое у одних растений более заметно, чем у других. Это не очень заметно на многих растениях старых сортов, которые подвергались открытому опылению и отбирались из поколения в поколение.

Одна из вещей, которые нам сказали, - не беспокоиться о сохранении семян яблонь. Полученное дерево будет сильно отличаться от родительского дерева и не будет плодоносить, как родительское. На самом деле, разнообразие изменчивости яблони настолько велико, что вам, возможно, придется посадить до 1000 семян, прежде чем вы получите один приличный сорт яблони. Вот где нам нужно понимать разницу между опытом и концепцией.

Вполне может быть, что потребуется 1000 семян яблока, чтобы вывести один хороший сорт, который стоит посадить. Возможно, это эмпирическое наблюдение. (Самое первое яблоко, которое я когда-либо вырастил из семян, на самом деле произвело фантастически вкусные яблоки.)

Мы могли бы проверить это наблюдение, посеяв 1000 семян и посмотрев, сколько хороших сортов яблок получилось из этой посадки. Если 1000 - это число, тогда это может увидеть любой, кто потрудится провести тест. Это настолько реально, насколько мы примитивно, но можем воспринимать реальность в этом мире.

Однако идея о том, что, поскольку сеянцы не все дают желаемый результат, «поэтому не стоит копить и сажать свои семена яблони», является всего лишь концепцией. Это идея, связанная с наблюдением, но она слабо связана, и это ужасно обескураживающая идея.

С детства нам говорили, что «для получения одного хорошего сорта яблока потребуется 1000 семян, поэтому не думайте о том, чтобы сажать семена яблони», - в результате большинство из нас не сажало семена яблонь. Но что, если мы возьмем такое же наблюдение и просто изменим концепцию - просто изменим идею?

Какой другой мир у нас был бы сегодня? Что, если мы будем придерживаться исходного наблюдения, что вам нужно изучить потомство 1000 семян яблока, чтобы найти один хороший сорт, а затем задать вопрос: «Сколько семян яблони вам нужно посадить, чтобы получить пять (или пятнадцать или сто) новых сортов?»

Если бы нас учили, начиная с шестого класса, что требуется 1000 семян яблока, чтобы открыть один хороший сорт, а затем за этим следовало бы множество школьников, сажающих свои семена яблонь в обеденное время в специально предназначенных для этого местах в пустые пакеты из-под молока, возможно, к тому времени, когда эти шестиклассники закончат среднюю школу, у нас будет по одному новому сорту яблок на школу.

Умножьте это на мощность десятков тысяч школ в зонах умеренного климата, и вы получите буквально сотни тысяч новых сортов яблок в течение десяти лет и постоянный приток новых сортов, появляющихся ежегодно и навсегда. Наша концепция искалечила нашу реальность, и из-за этого мы живем в обедневшем мире.

Но вы можете спросить себя, как мы узнаем, хороши ли эти сорта яблок? Школьники не занимаются селекцией растений. Деревья не выращиваются путем контролируемого скрещивания генетически известных родителей, и они не выращиваются в параллельных испытаниях сортов в каком-нибудь блестящем университете. Как мы узнаем, хороши ли эти растения?

Просто. Мы можем оценивать растения, используя те же инструменты, которые использовали Лютер Бербанк, коренные американцы и все наши предки, возвращаясь в увядшее прошлое - мы используем наши чувства. Мы наблюдаем и выбираем сорта, которые обладают характеристиками, которые мы считаем предпочтительными.

Если когда-нибудь в будущем наши потомки по собственным причинам решат, что выращиваемые нами пищевые растения не годятся (примерно так же, как я не люблю яблоню Макинтоша и не выращиваю ее), то пусть будет так. Условия будут другими в будущем, и люди того времени будут выращивать растения в других условиях, чем мы сейчас.

Когда Лютер Бербанк создал красный картофель, это было больше похоже на то, что он открыл его, чем селекционировал. Бербанк искал картофель, который был бы высокопродуктивным и устойчивым к фитофторозу, грибковому заболеванию, которое вызвало великий картофельный голод в Ирландии. Как и большинство плодов, картофель размножается вегетативным способом, когда необходимо количество и одинаковые качества.