Страница 7

Пребывая у власти, талибы в некоторых провинциях запретили работу операторов мобильной связи. В настоящее время они запрещают телефонным операторам сотовой связи работать в вечернее и ночное время, когда они совершают скрытные передислокации.

Было запрещено производить фото и видеосъемки. Петь разрешалось только религиозные песни, музыка также должна была быть только религиозной. Игра в шахматы находилась также под запретом.

Система запретов и разрешений талибов не была введена одномоментно в социально-культурную сферу жизни граждан. Она постоянно пополнялась новыми запретами или новыми дозволениями. Например, в августе 2001 г. к существующим запретам прибавился еще один: запрет на поклоны. По мнению лидера талибов муллы Мохаммада Омара, склонять голову при встрече – “большой грех”. Правоверный мусульманин, приветствуя другого человека, в том числе и вышестоящего начальника, может лишь посмотреть ему в лицо и произнести “салям”. Поклоны же допустимы только во время молитвы.

Экономика Афганистана во все времена была слабой. Основной источник дохода большинства провинциального населения – сельское хозяйство. Львиную долю доходов приносило выращивание опиумного мака с последующей его реализацией. Многие обвиняют талибов в том, что во время их правления выращивание опиумного мака и торговля наркотиками достигли невиданных масштабов. Это можно принять на веру, с этим можно спорить, но факт остается фактом: талибы не первые и не последние, кто торговал наркотиками. Во времена правления моджахедов (1992 – 1996 гг.) различные их группировки торговали наркотиками с не меньшим размахом. Доходило до того, что во время сбора урожая опиумного мака боевые действия между конкурирующими группировками приостанавливались.

Как бы там ни было, но талибы стали первыми, кто запретил выращивание мака в стране. Это произошло в 2000 году, когда мулла Омар официально ввел запрет на посев опиумного мака, что нанесло удар интересам ряда вождей пуштунских племен [18, с. 12].

Говоря о политике талибов в сфере экономики, нужно помнить, что до их прихода к власти в Афганистане вся уцелевшая инфраструктура страны и полезные ископаемые находились в руках полевых командиров различных группировок. Следовательно, как таковой единой экономической политики не существовало: каждый выживал как мог. Талибы, объединив страну под своей властью, сумели оживить экономику, однако для пополнения своего бюджета им не хватало налоговых поступлений от легального рынка. Кроме того, им нужны были деньги и на военные расходы [33].

Кроме наркотиков, основными источниками дохода талибов являлись иностранная помощь (Пакистан, финансовые круги Саудовской Аравии и др. исламских стран), пошлины на провоз через территорию Афганистана контрабандных товаров. Вообще, экономика движения Талибан – это отдельная тема для исследования, так как в ней много белых пятен. Можно предположить, что талибы добывали драгоценные камни на подконтрольных территориях, как это делал Ахмад Шах Масуд в Панджшере, но информация об этом отсутствует.

Небывалый резонанс в мире вызвало сообщение о том, что талибы планируют взорвать древние статуи Будды в провинции Бамиан. 26 февраля 2001 г. мулла Мохаммад Омар, желая наказать хазарейцев и принудить их к покорности, приказал своим войскам разрушить две гигантские статуи Будды, более 1800 лет возвышавшиеся над долиной Бамиана [9, с. 217]. Пока талибы собирали танки и динамит, это решение вызвало широкий международный протест. Многие страны, в частности Япония, Шри-Ланка и Египет, направили делегации к талибам с просьбой остановить уничтожение статуй. Во многих столицах мира прошли демонстрации буддистов, афганцев и любителей искусства, но Талибан не отступил, и 10 марта статуи были разрушены огнем танковых орудий и взрывами. Талибы уничтожили также около 40 статуй из Кабульского музея и массивную древнюю статую лежащего Будды в Газни [38, с. 21].

Как сказали сами талибы, для мирового сообщества каменные истуканы значат больше, чем жизни простых афганцев. И здесь они, безусловно, правы.