Страница 18

— Да что ж это такое! — возмутилась Вика и освободила ствол окончательно, чтобы поговорить с ним тет-а-тет.

Как артисты в микрофон.

В процессе даже дёрнула пару раз. А затем поняла, что дыхание сбилось. А сама смотрит безотрывно, как вздулись вены и краснеет кончик.

— Боря… — уже совсем томно добавила блондинка, ощущая, как становится влажной, а рот наполнился слюной.

Прислушалась. В отделении шум, но рабочий. И заходить никто не спешит. Пересменка.

Тогда она посмотрела строго перед собой, покраснела и тихо добавила:

— Да, похуй!

И мгновенно исполнила озвученное.

Белая ухоженная ручка вдруг начала гладить, тереть. А присев поближе и взявшись второй рукой, начала дёргать кожу туда-сюда.

— Только давай быстрее! — подстегнула она.

Пот прошиб тело и выступил крупными каплями на лбу. Уже пару минут спустя Вика всецело поняла искажённую поговорку «ох не лёгкая это работа — дрочить бегемоту».

Но следом приключилось два момента. Кабинет вдруг открылся. И за ширмой прозвучало:

— Вы проснулись? Сейчас руки помою, перчатки надену и начнём.

А ещё Боря вдруг начал стрелять, наполняя руки коварной Жар-Птице.

Первый залп был неожиданным. Блондинка вздрогнула и действительно собрала всё в руку. Второй залп обтёрла локтем своей куртки, благо — белая. А на третьем (и последнем) дело приняло плохой оборот, так как поток взбитой пены в этом чудесном плавании оказался самым обширным и грозил залить всю кушетку.

Вика не нашло ничего лучше, как наклониться и собрать всё ртом. После чего сглотнула, облизнула и начала быстро заправлять всё остальное внутрь одежды.

Когда доктор отдёрнул шторку, она сидела с красным как свекла лицом, но смотрела строго перед собой.

Оба сделали вид, что не замечают капельку на её подбородке. Доктор если и хотел прокомментировать этот момент, то тут заворочался Боря, вообще не понимая больно ему или приятно.

— Хто сусилось?

— История на бис приключилась, — ответил травматолог, устав от долгой смену и в несколько движений вправил ему челюсть.

После чего молча покинул кабинет. Где выход — знают. А рецепт можно и старый оставить. А если вздумают тут же заняться решением демографического вопроса, то это уже не его забота.

Пусть сменщик отдувается.

Глава 7

Дома не лучше

Капитан Сергеев много чего обещал жене. Кое-что даже смог. Но когда вернулся домой без погон и формы, вдруг понял, что в их семье понимания никогда не было и нет безусловной любви и поддержки.

В жизни же как бывает? Он хотел, чтобы она встречала его на пороге приветственным поцелуем и вопросом «тебе сосисы отворить?». А он бы говорил: «отворяй» и рассказывал, как прошёл его день и слушал её истории. А дальше совместный завтрак после ночной смены и тихая семейная идиллия после того, как выспится.

Но Андрею всю жизнь не везло с пониманием. Ещё родители постоянно ругали его за безобидные оплошности. А все откровения оборачивались против него: «Упал и ушибся? Сам виноват!», «Влюбился, а она на тебя внимания не обращает? Сам виноват». «И вообще, надо думать об образовании, а девчонки потом!»

Однажды Андрей Сергеев стал взрослым. Он женился и больше решал проблемы, чем создавал новые. Но всё равно просто хотелось прийти домой, присесть у колен жены и признаться: «Дорогая, кажется я обосрался на работе. Ты меня поддержишь?»