Страница 51

На балкон второго этажа выходит заспанный гигант. Трусы, во всю грудь татуировка: картина Брюллова «Последний день Помпеи».

В руках — баночка пива.

ГИГАНТ (потягиваясь): Ну, кто там базланит с утра? А, это же в натуре наши «козлы» снизу… Мышка моя, ты только погляди!

К нему на балкон выходит его жена Мышка. Она почти такая же огромная, как и он. Тоже с бутылкой пива и тоже с татуировкой на плече: Венеры Милосской.

ГИГАНТ: Мышонок! Этот наш мент снизу мне надоел. Очень он все-таки шумный. Дай-ка мне мой новый спортивный костюм. Пойду его обновлю.

Во дворе спор все громче.

МАРИНА: Геннадий, дай им деньги и пойдем. Нехорошо, люди уже смотрят.

ГЕННАДИЙ (нервно): Пусть смотрят. (Заводит сам себя. Так обычно делают, как правило, люди слабые и робкие. Им, чтобы постоять за себя и дать отпор, необходимо обязательно себя взбудоражить.) В конце концов, я не настолько интеллигент, чтобы всегда уступать! На работе — уступать! В метро уступать! У ребенка даже нет шишки!

ИНДЕЕЦ (причитает): Больно, ой как больно!

В это время к индейцу сзади подкрадывается сынишка Геннадия и Марины с бывшей снежной лопатой и бьет его по голове. Отсыревшая лопата тут же разлетается. Удара не получается. Но индеец от испуга падает на землю. Мальчишка убегает. Отец индейца с криком бежит за ним. Геннадий подбирает черенок лопаты и бежит с криком за отцом индейца. Отец индейца хватает мальчишку. Геннадий бьет отца индейца черенком по спине. Отец индейца разворачивается и наступает на Геннадия. Геннадий выставляет вперед черенок, как копье.

ОТЕЦ ИНДЕЙЦА: Ты меня первый ударил. С тебя теперь минимум 200 долларов, или я тебя засужу.

Между Геннадием и отцом индейца неожиданно вырастает Гигант в новеньком спортивном костюме.

ГИГАНТ (отцу индейца): Иди, иди сюда, мент поганый… Сейчас я тебя лечить буду. А то, видите, он у себя решетки от воров на балконе сделал. Воры по этим решеткам к нам на второй этаж забрались и нас ограбили. (Наступает на отца индейца.) Знаешь, что я сейчас с тобой сделаю? Сейчас я тебя натяну по самые помидоры…

Отец индейца судорожно роется в карманах штанов. Достает старый милицейский свисток. Свистит.

МАТЬ ИНДЕЙЦА: На помощь, люди добрые! Он же его убьет! (Бежит к телефону-автомату у подъезда.) Алло, милиция? Убивают! Срочно приезжайте! Улица Радостная, дом 14. Что? Что значит сколько заплатите? Убивают же! Что-что? Это будет стоить еще дороже! Сколько-сколько? 100 тысяч на человека? За убитого? Негодяи! Жлобы! 100 тысяч требуют… Менты поганые!

Дворник пытается разнять дерущихся. Останавливаются прохожие. Кто-то помогает разнимать, кто-то просто наблюдает.

В ТОЛПЕ ЗЕВАК: Из-за чего кутерьма?

— Кто-то с кого-то требует 100 тысяч.

— Чего?

— Долларов, естественно…

— Зажрался народ…

— Негодяй Ельцин — такую страну распустил…

— Не смейте трогать Ельцина! Он — святой!

— Если Ельцин — святой, то вон тот, с татуировкой — архангел Гавриил.

— Тише! Не мешайте смотреть!

— В самом деле, заткнитесь! Не слышно, что там происходит.