Страница 54

«А что потом, а что потом?»

Постель была расстелена.

И ты была растеряна.

Ты говорила всхлипывая:

— А это все не липовое? —

Кровать была не новая.

Какая-то готовая,

Отчасти бальмонтовая,

Отчасти симоновая.

Ты говорила тенором:

— Не пой, любимый, кенарем,

А я, вставая с птицами,

Общался с продавщицами.

Меня любили женщины

Без всякой декадентщины,

На лесенке, напудрены,

На Сретенке, на Кудрине.

Одна жила в Сокольниках.

Она звала соколиком.

Ты говорила нехотя:

— Ну, не рифмуй во сне хотя… —

А я во сне посвистывал,

Твой облик перелистывал,

Ресницу за ресницею,

Страницу за страницею,

И челочку, и прочее,

И ставил многоточие.

Ты говорила шепотом:

— Прочла… Нехорошо потом… —

Кровать была кроватию,

Печать была печатаю.

Умел я восхищать ее,

Умел и огорчать ее.

Константин СИМОНОВ

Из цикла «Ты да я да мы с тобой»

Названья ласковые, птичьи

На ум не шли нам. Вдалеке

Мы тосковали по-мужичьи,

На грубом нашем языке.

Как подобает взрослому мужчине.

Коньяк, табак, две порции тоски,

В одной руке держу свои морщины,

В другой руке — седые волоски…

Недаром я прозвал тебя судьбою,

Играй, же мной, ликуя и скорбя!

Присядь ко мне, я кончу цикл «С тобою».