Страница 19

В городской да и в сельской местности подъемный край теперь столь обычен, что на него уже никто не обращает внимания. Но если вы изобразите в альбоме вашего четырехлетнего внука кусочек городской или сельской улицы без этой непременной детали современного пейзажа, внук обязательно спросит:

— А где же подъемный кран?

Да, именно так обстоит дело сегодня. Но в пору, когда ЖСК «Лето» приступил к осуществлению своей строительной программы, все выглядело иначе. Строили тогда мало — в особенности коттеджей, замков, гасиенд и прочих экзотических бунгало. И когда ходоки «Лета» обратились с челобитной относительно проектов, леса, кирпича и цемента, планирующие и проектирующие товарищи встретили их как пришельцев с другой планеты:

— Дачи? Какие еще дачи, что вы выдумываете?

Посланцы сообщили, что они представляют ЖСК, который официально утвержден и даже получил кредиты.

— Кредиты? Вот и прекрасно! Вот и идите туда, где нам разрешали и финансировали. А нам не мешайте работать. Дачи! Придумают же люди!

Лицам, занятым подсчетами, сколько потребуется для общежитий Магнитки березовых веников, жестяных бачков и чайников, в самом слове «дача» слышалось что-то чуждое, буржуазное. И уж во всяком случае нечто весьма далекое от социализма с его коллективным трудом, коллективным бытом…

Столкнувшись с непробиваемой стеной, Матвей Канюка начал искать обходных путей. Из рассказов отца, да и по своему собственному опыту он знал, что нет на свете таких препятствий, которые нельзя было бы обойти. И эти обходные пути вскоре открылись. Сработала старая, как мир, формула: спрос рождает предложение.

Однажды, когда Матвей, закрыв лавку, направился домой, его остановил незнакомый человек.

— Разрешите поинтересоваться, — сказал он, — я слышал, что вы собираетесь строиться?

— Ну, допустим, собираюсь, а вам-то какая забота?

— Да никакой. Но говорят, будто вы целый кооператив сколотили.

— Ну, сколотили. Опять же не вашего ума дело.

— Напрасно нукаете, гражданин-товарищ. Если вы не кустарь-одиночка, а представляете коллектив, я с превеликим удовольствием могу предоставить все, что пожелаете: кругляк, пиловочник, столярку. Ну и, само собой, кирпичики, бут, цемент. Со стеклом у меня худовато, но, думаю, выкрутимся и со стеклом.

— А вы, случайно, не волшебник? — спросил Канюка.

— Угадали, гражданин-товарищ. Всю жизнь в этой беспокойной должности состою.