Страница 5

Когда стали сносить старые дома, керосиновую лавку не тронули.

Скорее всего приезжие архитекторы про нее забыли. Домишки, подлежащие сносу, отметили на плане крестиками, а лавку не отметили. И она перекочевала в план нового жилмассива. Когда же выросли новые корпуса, обнаружилось, что керосиновая лавка торчит на прежнем месте.

Тут Сергей Сергеич забил тревогу. Сергей Сергеич — это первый помощник второго заместителя, человек, который не пройдет мимо непорядка. Предложение его было, как всегда, конкретное: снести керосиновую лавку, чтобы ею и не пахло!

Второй заместитель ознакомился с архитектурным проектом и развел руками:

— Конечно, торчит эта лавка не совсем уместно в центре нового микрорайона-гиганта, но сделать ничего нельзя. Столичные архитекторы керосиновую лавку сохранили. Наверно, не зря сохранили. Керосин — это тоже химия!

Возражать второму заместителю было бесцельно, и лавка осталась стоять как памятник пережиткам прошлого. Чем больше новых домов вырастало вокруг, тем меньше в лавке становилось покупателей. Потому что товар ее был старомодный: свечи да керосин, — а в новых домах электричество, газ, центральное отопление и горячая вода.

Сергей Сергеич ежедневно проходил мимо керосиновой лавки, отправляясь на работу и возвращаясь домой, и каждый раз отворачивался: до того она ему была противна.

Однажды около полуночи Сергей Сергеич возвращался домой от друзей. Он шел по опустевшей улице, как вдруг почуял запах гари. Еще через секунду он услышал потрескивание горящих досок. Первый помощник со всех ног кинулся вперед и увидел, что горит керосиновая лавка. Двери оказались запертыми на два замка. За мутной витриной резвились первые языки пламени, освещая стеклянный транспарантик, покачивающийся на цепочке.

Сергей Сергеич вгляделся в него, сразу обмяк и медленно пошел к телефону-автомату. Уселся на приступочке будки и стал ожидать, как разовьются события.

Вскоре пламя пробило крышу, весело выскочило наружу и, поднявшись столбом, стало крениться в сторону новых домов. Тут Сергей Сергеич кинулся к телефону-автомату:

— Алло! Алло! — закричал он в трубку. — Пожарная! Срочно выезжайте! Горит керосиновая лавка в центре!

Не прошло и минуты, как прикатили две пожарные машины. Полились звонкие струи воды. Бревна зашипели, как сырые дрова в печке, керосиновая лавка из яркого факела превратилась в обугленную головешку.

Набежали жильцы из новых домов. Узнав, что это Сергей Сергеич вызвал пожарную команду, все стали жать ему руки.

— Вы герой! — кричали жильцы. — Если бы не вы, керосин мог взорваться и сгорел бы весь новый район!

Сергей Сергеич отбивался, как мог, но соседи ухватили его за ноги и за руки и подбросили в воздух.

— Граждане! — не своим голосом закричал Сергей Сергеич. — Не волнуйтесь! Вам ничего не угрожало! Посмотрите сюда! Убедитесь сами!

Все посмотрели в сторону керосиновой лавки и увидели болтавшийся на цепочке стеклянный транспарантпк, на котором было художественно написано:

«Керосина в лавке нет».

Тут, конечно, все отпустили Сергея Сергеича. Он поднялся с асфальта, отряхнул пальто и пошел домой с сознанием выполненного долга: пожарную команду он вызвал вовремя, лавка догорела до такого состояния, что ее уже нельзя было реставрировать.

Теперь можете приезжать к нам в гости. Останки керосиновой лавки убрали в один день общественными силами. Центральная площадь стала очень красивой. Как сказал во этому поводу один поэт — не знаю, состоит ли он членом Союза писателей, — «Пожар способствовал ей много к украшенью».

Но наши беспокойства на этом не кончились.

Ведь на плане города керосиновая лавка еще существует. Если ее из плана не изъять, бог знает что может произойти. Чего доброго, второй заместитель хватится и велит отстроить «украшение города» заново.

КЛИН КЛИНОМ