Страница 3

В четвертом туре он наконец-то одержал победу, хотя Гунька поражение не признал, требуя введения видеоповторов. В сложной позиционной борьбе профессоров была зафиксирована ничья, что крайне разозлило Белопчелкина. По окончании партии он сухо пожал руку Знайке, поздравил его с трусливым выходом из безнадежной ситуации и посетовал, что современные соперники боятся честного открытого противоборства. Знайке такие намеки не слишком понравились. Он резко одернул подчиненного, заявив, что подобное нытье - удел неудачников.

Финишный пятый тур получился прямо-таки "кровавым". Гунька наконец-то дал настоящий бой своему оппоненту, но, к сожалению, это оказалось лишь зеркало. Заляпав доску кровью, капающей с костяшек пальцев, он быстро проиграл Знайке, заняв таким образом почетное последнее место. Четвертым стал Кулер, тогда как начальник экспедиции получил бронзу. Решающая партия между Незнайкой и Белопчелкиным собрала у столика весь экипаж. Профессору кровь из носу нужна была победа, и он своего добился. Кровь из носу у него пошла. Дело в том, что выпив пару раз на старте, он больше не дозаправлялся, справедливо рассудив о пользе трезвого подхода к игре. Естественно, что организм такого обмана не стерпел.

К счастью для Белопчелкина, отдыхающий в прошлом туре Незнайка чересчур приналег на допинг и поэтому играл небрежно. Фигуры постоянно сваливались у него с доски, что вызывало неудержимый смех, который усиливался при взгляде на печальное лицо ученого, украшенное воткнутыми в ноздри ватными тампонами. Проиграть турнир из-за пятиминутной расслабленности, играя на порядок сильнее всех, было бы очень обидно. Но такова спортивная жизнь. Если бы не верный Гунька, незаметно подкрутивший часы профессора, вследствие чего тот просрочил время, Незнайка бы довольствовался серебром. А так блистательная победа, с которой его поздравили все за исключением Белопчелкина, стремительно ушедшего в свою комнату, вытирая на ходу слезы. Чемпиону был вручен симпатичный кубок, который он тут же ловко осушил.

Потом, как водится, был итоговый банкет. Расстроившегося профессора уговорили присутствовать, о чем вскоре пожалели. Уж очень он оказался нудным и однообразным, многократно рассказывая одну и ту же несмешную историю. В ходе веселья несколько раз срабатывала аварийная сигнализация. Как мы помним, это означало форс-мажор со смертельным исходом, но друзья решили храбро игнорировать опасность. И правильно сделали! Утром всем было очень плохо, зато ракета оказалась почти цела и продолжала свой путь на Луну в обычном режиме.

Прибытие

- Рота, подъем! Походу, прибыли! - разбудил Незнайку и Кулера громкий голос Гуньки. Космические путешественники, организмы которых за период изнурительного трехдневного полета изрядно поизносились и требовали основательного восстановления, недовольно оторвали головы от казенных подушек.

- С чего ты решил, Гунтяев? - хрипло спросил Кулер, оказавшийся более свежим, так как в любом состоянии оставался спортсменом.

- В машинном отделении гудеть перестало, и Знайка сказал, что мы, наверное, уже сели. Через сорок минут общий сбор.

- Как сели? - не понял Незнайка. - Он же мне рассказывал, что нужно с пересадками добираться. Сразу на орбите зависнуть, а потом модулем до Луны.

- Откуда я знаю. Я лунанавт, а не школьник, увлекающийся астрономией. Моя задача - покорение стихий. Как командир велит, так я и действую. Или наоборот. Как говорится, плох тот солдат, который не мечтает подъ...нуть офицера.

- Что это за слово странное такое "подъ...нуть"? - поинтересовался Кулер. - Боднуть, что ли?

- Нет, "подъ...нуть" это такое матерное слово, но так как я человек интеллигентный, то и выговариваю его без неприличных букв. - Понятно.