Страница 19

Из пятого «Б» — голос Ксении Петровны, из пятого «В» — Елены Сергеевны, а в пятом «Г» смеется Сергей Антонович! Веселый человек Сергей Антонович! И у всех у них голоса добрые, хорошие… А в нашем пятом «А» — Егор Степанович. Ну и голос! Как будто он уже видит меня. И мне так не хочется открывать нашу дверь, так не хочется.

Я на секунду останавливаюсь перед дверью и вхожу в класс:

— Можно войти?

У карты — Рябов. Одного уже вызвали …

Урок, конечно, прервался, и все ребята, очень довольные, уставились на меня. Особенно доволен Рябов.

— A-а, Гарин! — Егор Степанович поворачивается ко мне и усмехается. — А мы-то думали, ты уже не придешь сегодня. Ну садись…

Павлик радостно суетится, поднимает крышку парты.

— Давно урок начался?

— Только что.

Усевшись на свое место, я тут же достаю из портфеля географию. Вот досада! На обложке учебника — грязное пятно.

— Павлик, — шепчу я, — стиралка есть?

Какое там?.. Павлик даже головы не поднял. Прилип к учебнику и замер. Прощается с жизнью…

И в это время Люся Королева оборачивается и протягивает мне стиралку. А я и не просил ее, сама… Улыбаясь, я стираю с учебника грязное пятно.

— Люсь, у тебя карандаш есть?

И Люся дает карандаш. Она ничего не говорит, а только улыбается. Чего бы еще попросить?..

В косичках у Люси большой голубой бант. Выставив карандаш, я тихонько вожу им по шелковистой ленте — Люся не оборачивается, молчит. Павлик хитро посматривает то на меня, то на Люсю. Даже про учебник забыл…

И вдруг как гром среди ясного неба:

— К доске пойдет Гарин! С дневником…

Все! Мне конец! Я пропал! И пока мои руки копошатся в портфеле в поисках дневника, я читаю, читаю, читаю — без передышки. И никак не могу начитаться. Вот бы дома так!..

— Быстрей, быстрей, Гарин! — торопит Егор Степанович.

И вот медленно, очень медленно я поднимаюсь — выше, выше, выше… Словно я на своих плечах поднимаю весь земной шар: моря, леса, горы…

— Класс ждет! — кричит Егор Степанович. — Класс ждет!

А я все расту и расту…

— Гарин!

Все! Пошел!

— Вернись! — кричит Егор Степанович. — Вернись сейчас же!

Класс хохочет!

— Положи учебник!

Оказывается, я прихватил учебник с собой.

Ну почему, почему я вчера не выучил географию? Или утром? Как легко, как быстро я выучил бы утром!

Молча смотрю я на карту… Красные горы, желтые пустыни, зеленые равнины, леса, джунгли.

А вокруг моря и океаны — голубые-голубые, как небо. Еще бы! Ведь на карте всегда ясный день…

— В нашей огромной стране… — медленно начинаю я, — территория которой простирается с запада на восток… с севера на юг…

Забыл, забыл, все забыл!

— А какие, Гарин, бывают равнины? — перебивает Егор Степанович.

— В нашей огромной стране очень много равнин…

— Несомненно, — говорит Егор Степанович и задумчиво потирает руки.

— А какие же равнины называются плоскими?

— Плоскими… плоскими…

Павлик отчаянно шелестит страницами.

— Плоских равнин очень много в Западной Сибири, — сказал я и обвел указкой Западную Сибирь.

Егор Степанович усмехнулся, встал, прошелся по классу.