Страница 49

– Есть кто дома? – Даллас вошел в отцовский коттедж. Пахло не так. С тех пор, как Даллас вышел из тюрьмы, дом пахнул иначе. Дело не в том, что присутствовал какой-то аромат. Не хватало определенных запахов. Больше не пахло лимонным освежителем воздуха или только что вынутым из духовки печеньем. И больше не пахло мамой.

Не увидев на пороге отца, Даллас испытал мимолетное желание вернуться в машину и поехать в Парк-Нолл проведать Никки. Ему потребовалось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы не направиться туда прямиком из полицейского участка. Что если домовладелец не починил замок? Что если Даллас был прав, и кто-то за ней охотится?

Он шесть раз звонил Никки. Оставил пять сообщений, и все остались без ответа. И не потому, что она оказалась в опасности, просто не хотела с ним разговаривать.

«Ты пытался. Она не хочет тебя видеть. Оставь ее в покое». Мудрые слова брата проносились в голове.

К Далласу вернулись почти те же слова, которые он говорил Тони насчет Ли Энн. Брат, наверное, ума лишился, собравшись переехать обратно домой в то время, как его жена потребовала развода. Но разногласия между Ли Энн и Тони отличались от неприятностей младшего О’Коннора. И Тони был прав – Даллас не мог навязать Никки свою помощь. Но ему нужно вернуть ей ключи. И как только Остин отдаст ему ключи, он так и сделает. Даллас дважды звонил Остину, проверяя, как продвигается уборка, но приятель ни разу не ответил. Поэтому, в ожидании ответа от Остина, он почувствовал себя обязанным поужинать с отцом.

Даллас прошел вглубь родительского дома. Отец сидел в старом кожаном кресле и смотрел телевизор. Только вот экран был черным. Он его даже не включил.

– Пап?

Отец подскочил, словно перед этим пребывал в некотором оцепенении.

– Даллас. Ты рано.

Даллас заметил четыре банки пива на журнальном столике. Когда мама была жива, она разрешала отцу шесть бутылок в неделю. Вне всякого сомнения, сейчас его норма была превышена.

– Уже половина седьмого, пап.

– Ох, должно быть, я задремал. Сейчас разожгу гриль. – Проходя на кухню, отец оглянулся через плечо. – Ну, расскажи об этом новом деле.

Отец шел не раскачиваясь, значит, пьяным не был, но горькая правда поражала. Он был одинок. Даллас практически ощущал этот дух одиночества. Конечно, отец имел возможность видеться со старыми приятелями, но Даллас помнил, как он однажды рассказывал, будто все его друзья только и делают, что жалуются на своих старушек. Неужели они не понимают, что его отец отдал бы все на свете, чтобы его старушка была сейчас дома?

Даллас видел фотоальбомы на журнальном столике. Отец этим занимался весь день? Просматривал фотографии и горевал? Чувство вины ударило под дых. Он так глубоко погряз в собственном горе, что даже не заметил, как сильно страдает отец.

Даллас приблизился к кухне.

– Может, вместо готовки прогуляемся на свежем воздухе? Мне нужно забрать ключи и кое-кому их завезти, а потом можем заехать в твою любимую закусочную и побаловать себя ребрышками.

Отец помолчал.

– У тебя найдется время?

Даллас кивнул. Время он выкроит.

– Ага.

Весь путь до машины отец тараторил, как долго он не пробовал ребрышек, и как здорово придумал его сын съездить куда-нибудь поужинать. Даллас только собирался завести двигатель, как зазвонил его мобильник. Сердце наполнилось надеждой, что это Никки решила ответить на его звонки. И пусть О’Коннору не хотелось унижаться в присутствие своего старика, выпрашивая прощение, это его не останавливало.

– Извини, – обратился Даллас к отцу и посмотрел, кто его вызывает.

Это не номер Никки, но потом он увидел имя. «Б. Литтлмор». Бабушка Никки, а, возможно, и она сама.

– Алло? – С надеждой в голосе позвал Даллас.

– Ты обещал позаботиться о моей девочке, – отчитала миссис Литтлмор. – И, на данный момент я могу констатировать, у тебя это ужасно получается.

– Что случилось? Где Никки? – Даллас стиснул рулевое колесо, вспомнив, как мило она выглядела, свернувшись калачиком в его постели.

– Она должна была сообщить мне, как приедет домой. Я сама ей позвонила, и она не ответила. По пути на репетицию мы с Бенни заехали к ней на квартиру. Ее дверь взломана. Где моя Никки, Даллас О'Коннор?

У Далласа в груди похолодело.