Страница 62

– Знаешь, чего я хочу? – прошептал Даллас.

– Не здесь, – не раздумывая, выпалила Никки.

О’Коннор ухмыльнулся.

– Вообще-то я говорил о ланче. Все куплено и лежит в машине.

Десять минут спустя они сидели на диване в кабинете Никки и ели, пока она одним ухом мониторила, не зашли ли в магазин покупатели.

– Ой, это же ты, да?

– Где?

Он указал на гипсовый бюст в углу.

– Узнаю эту грудь.

– Я занималась в художественном классе. Мы делали… автопортреты.

– Почему он здесь, где его почти никто не видит?

Никки рассмеялась.

– Это не искусство, так просто…

– Он прекрасен. И должен стоять там.

– Лесть вам не поможет, мистер О’Коннор. – Она посмотрела на свой сэндвич.

– Ты любишь индейку и сыр? – поинтересовался Даллас. – Я хотел спросить, что ты предпочитаешь, но кое-кто не подходил к телефону.

– Все отлично. Спасибо.

Он положил руку ей на колено, посылая по ноге волны тепла.

– Я сегодня продала три картины, – призналась Никки, стараясь прогнать воспоминания о том, как его ладонь задирает пижамную штанину.

– Ничего удивительного. Ты хороший художник.

– Подозрение в убийстве тоже вносит свою лепту. – Она хотела пошутить, но вышло неудачно. – Представь, сколько я продам, если меня арестуют.

Даллас нахмурился.

– Ты видела газету?

– Угу. – Никки посмотрела на сэндвич; аппетит пропал, стоило вспомнить, что еще она увидела в газете. Некролог Джека. Сегодня вечером состоится прощание в похоронном зале. Никки всё обдумывала, благоразумно ли будет прийти. Не взбесит ли ее появление родителей Джека? Если она не пойдет, не покажется ли это признанием вины?

Даллас заправил прядку ей за ухо.

– Не стоило это читать.

– Держу пари, когда писали о тебе, ты читал.

– Тогда учись на моих ошибках. – Он наклонился для поцелуя.

Никки отпрянула, не желая все усложнять.

– Кстати об ошибках…

Страсть в глазах детектива исчезла, уступив место недовольству.

– Мне жаль, что утром пришлось все так оставить. Дело в парнишке, которого обвиняют…

– Я не об этом. – Никки закатала сэндвич обратно в упаковку, шурша бумагой в установившемся молчании.

Даллас внимательно следил за ней, как будто пытаясь что-то разгадать.

– Обычно я так не тороплюсь. – Он провел пальцем по ее губам. – Обещаю, сегодня ночью тебе не на что будет жаловаться.

Никки почувствовала, как кровь прилила к щекам.

– И не об этом.

– Тогда в чем ошибка?

– Я имела в виду поцелуи… здесь. – Она хотела сказать именно это, но слово «ошибка» подняло со дна кое-что еще. Никки отвернулась.

– Знаешь, ты врешь ничуть не лучше меня.

Она посмотрела на него, и слова полились сами собой.

– Мне попросту страшно, Даллас. У меня не жизнь, а полный бардак.

– И я пытаюсь тебе помочь.

«Но что будет, когда все закончится? Что будет после того, как я привяжусь к тебе?»

Никки напрягла все извилины, чтобы донести свою мысль и не выглядеть ненормальной.

– Но ты сделал больше, чем от тебя требовалось. Лишним было приглашать меня на ночевку.

– Я не жалуюсь.