Страница 72

* * *

Раввин встретил на улице своего кантора и стал его ругать: – Что я такого сделал? – спросил удивленный кантор. – Не ты, а твои дети. Они бегали за городским сумасшедшим и дразнили его. – Это не важно, что он сумасшедший. Просто у него штаны драные, вот дети за ним и бегают. Ой, ребе, если бы вы были городским дурачком, вы бы имели столько уважения от моих детей!..

* * *

Рабинович приходит к раввину: – Ребе, правда, бутерброд всегда падает маслом вниз? – Да. – Ребе, вы будете смеяться, но у меня бутерброд сегодня упал маслом вверх! – Не может быть! – закричал раввин. Потом немного подумал и произнес: – Ага, Понятно! Ты намазал маслом обратную сторону!

* * *

Еврей болен холерой и чувствует себя совсем худо. Он попросил позвать к нему ксендза. Работники больницы удивились, но просьбу выполнили. Является ксендз. Еврей начинает каяться в грехах и говорит: – А все свои деньги я завещаю синагоге... – Может, вам лучше позвать раввина? – возмущается ксендз. – Ну вот еще! Стану я звать раввина в инфекционную больницу!

* * *

Приходит Сара к раввину. – Ребе, я завтра замуж выхожу, посоветуйте, как лучше лечь в постель в первую ночь: в рубашке или без? Тут подбегает Рабинович. – Ребе, посоветуйте, куда лучше вложить деньги, в акции или ценные бумаги? Ребе отвечает: – Как ты, Сарочка, ни ляжешь, тебя все равно выебут. К Вам, Рабинович, это тоже относится.

* * *

В одном купе оказались ксендз и раввин. Католик угощает иудея ветчиной: – Закон запрещает нам есть свинину, – отказывается ребе. – Жаль, – сочувствует ксендз. – Это такое удовольствие. На прощание раввин говорит: – Кланяйтесь своей жене. – У меня нет жены, – сообщает ксендз. – Закон запрещает нам совокупляться с женщиной. – Жаль! – вздыхает ребе. – Это такое удовольствие!

* * *

Как-то раз решили сходить пообедать вместе поп, мулла и раввин. Выпили, разговорились. Поп рассказывает, что однажды приходит к нему прихожанин и просит, что когда он умрет, то пусть положат ему в гроб $1000 (пригодятся на том свете). Но церкви-то надо как-то жить, вот и забрал поп себе $100, а $900 положил в гроб. Такой же случай случился и с муллой, но там мулла забрал $200, а 800$ положил в гроб. А раввин говорит, вот вы какие несерьезные люди, вам человека не жалко, вот я, говорит, честный, я взял и положил в гроб чек на всю сумму в $1000.

* * *

К раввину приходит за советом молодой еврей. – Ребе, я хочу жениться на дочери Розенфельда. – Женись. – Но она же уродина! – Не женись. – Зато ее отец дает за ней двадцать тысяч! – Тогда женись. – Ребе, но она хромая! – Ну, не женись. – Ребе, так какой вы мне дадите совет? После раздумья раввин говорит: – Знаешь что? Крестись. – Зачем?! – Будешь морочить голову попу, а не мне!

* * *

Приходит еврей к раввину: – У меня уже десять детей и жена беременная, я не могу такую ораву прокормить! – Этому можно помочь. Открываем мудрую книгу Талмуд на 2326-й странице и читаем: "Если у еврея много детей, его жена беременна и он не хочет их больше, то ему надо отрезать одно яйцо." Через год: – Я отрезал одно яйцо, а моя жена снова беременна! – Открываем мудрую книгу Талмуд на 2327-й странице и читаем: "Если у еврея отрезали одно яйцо, а его жена снова беременна, то ему надо отрезать второе яйцо" Еще через год: – Я отрезал второе яйцо, а моя жена снова беременна! – Открываем мудрую книгу Талмуд на 2328-й странице и читаем: "Если у еврея отрезали оба яйца, а его жена снова беременна, значит не тому еврею яйца отрезали!"

* * *

– Сара Исаковна, вы слышали, вчера у мужа Фимочки вырезали гланды? – Бедная девочка, она так хотела иметь детей.

* * *

– Сара, какие у тебя ноги кривые! – Ну и что кривые, зато волосатые!

* * *

Сара в гостях: – Мой муж – сифилитик и мудозвон! – Сара сколько тебе говорить: не сифилитик и мудозвон, а филателист и нумизмат!

* * *

Сара возвращается с базара: – Ну, Хаим, мне такого наговорили, такого... Последними словами обзывали! – Сколько раз я тебе говорил: не ходи туда, где тебя все знают!

* * *

Встречаются два еврея. – Ты слышал, Сара умерла от рака. – Это ведь была ее любимая поза!

* * *

Сара провела несколько бессонных ночей у постели тяжело больного супруга. – Хаим, – взмолилась она, – я должна хоть капельку поспать. Будешь умирать разбуди.

* * *