Страница 51

Подслушивая, подсматривая, делая магнитофонные записи разговоров Никулина, она собирала материалы против великого артиста, который, возможно, ее любил.

Коллектив цирка от беспредела Виктории постоянно находился в шоке. Чтобы как-то оградить Юрия Никулина от этого в буквальном смысле слова страшного влияния, коммерческий директор Михаил Седов устроил собрание коллектива. Присутствовали все, кроме «гипнотизерши» и самого Никулина (он в это время был во Франции). Главный режиссер и старший кассир, артисты и пожарные решили на собрании удалить «экстрасенсшу» или, если хотите, «раковую опухоль». Решение собрания передали Никулину. Народный артист всего Советского Союза согласился с мнением коллектива.

Вскоре после собрания в собственном подъезде тремя выстрелами в упор убили Михаила Седова. Чудом осталась жива его дочь, которая задержалась на три секунды в квартире.

Убийцы до сих пор не найдены.

Коммерческим директором становится сын Юрия Владимировича — Максим.

В телевизионной передаче об артисте и клоуне Эльдар Рязанов спросил Никулина:

— Юра, а тебе после убийства коллеги не страшно было ставить на это место своего сына?

Никулин, не задумываясь, ответил:

— А почему я должен подставлять чьего-то другого сына?

Виктория ныне живет в скромной севастопольской квартире и прокручивает соседям компроматы на своего недавнего покровителя. И наверное, соседи не верят ни одному плохому слову о «великом клоуне».

Кстати, насчет «великого клоуна».

В интервью газете «Совершенно секретно» в январе 1997 года Юрий Владимирович заметил: «Про меня уже врут, пишут «великий клоун». Это про меня. Но какой я «великий», когда клоуны были лучше меня. Леня Енгибаров вобрал в себя многое великое, что полагалось нашему веку. Да, мы были хорошими клоунами, добротными клоунами. Но популярным меня сделало кино. Публика видела во мне Балбеса, и я публике подыгрывал. Я не считал Балбеса отрицательным героем, я его любил, странного, неунывающего, добродушного. Когда предлагали играть вредителей или шпионов, я отказывался…»

Хочется вслед за Станиславским крикнуть:

— Не верю!

Я вспоминаю свою первую встречу «живьем» с великим клоуном на представлении в цирке. Прошел номер. Униформисты стали готовить манеж к следующему. В зале тишина. И вдруг откуда-то с самых верхних рядов раздалось:

— А чего так тихо?

Вышел клоун Никулин. Зал зашелся от смеха.

«Боже, — подумал я. — Сколько же надо работать, чтобы ничего не значащие слова, совсем несмешные слова: «А чего так тихо?» — вызвали смех в зале».

Но все-таки, раз популярным, по признанию самого Юрия Никулина, его сделало кино, к кино мы сейчас и обратимся.

В ДЖУНГЛЯХ «МОСФИЛЬМА»

Всякое действие рождает

противодействующих.

Впервые Юрий Никулин снялся в фильме Михаила Ромма «Русский вопрос» в 1948 году. Изображал в массовке американца. Бегал туда-сюда. Впрочем, как и остальные участники массовки.

А чуть позже на представлении в цирке побывал режиссер Константин Юдин. Выступления клоуна Никулина ему понравились. И в антракте он зашел в гримерную.

— Знаете, — доверительно сказал режиссер, — мы хотим вас попробовать на роль трусливого немца. Как вы на это смотрите?

Никулин хорошо смотрел и, конечно, согласился.

В костюмерную «Мосфильма» дебютанта провожала девушка, которая долго вела его по коридорам, минуя тупички и лестницы.

— Здесь можно заблудиться, — заметил Никулин, чтобы прервать тягостное молчание.

Ответ девушки он запомнил на всю жизнь.

— Конечно можно, — ответила она. — На «Мосфильме» есть места, где вообще не ступала нога человека.

В костюмерной для него выбрали немецкую форму. Потом он пошел в фотоцех, где его сфотографировали в нескольких ракурсах.

— Я вам позвоню, — предупредил ассистент режиссера.

Но не позвонил. Прошла неделя, другая, а звонка все не было. Тогда Никулин решил напомнить о себе сам.