Страница 7

В общем то, как Бесогонову, так директору было совершенно плевать кто там изображен на фото, насколько сильно он любит гимн и во сколько встает. Главное, что желаемый результат вроде бы был достигнут. Ячейка общества N547 была готова согласиться на их условия и этим надо воспользоваться как можно скорее.

- Арсений Назарович, - я так понимаю, и отец, и мать полностью с нами согласны, что в данных обстоятельствах единственно приемлемый для всех вариант - это не мешкая оформить их отречение от родительских прав и обязательств в отношении N66, с последующим вынесением ему сурового, но справедливого приговора врагу народа. Но сделать это надо здесь и сейчас. Зачем нам лишний шум? Решайте быстрее. - Бесогонов старался ни на секунду не ослаблять давление на родителей N66, а особенно на мать. Мало ли что ей взбредет в голову и когда она решит поменять свое мнение и передумает. А если это случится непосредственно во время его торжественной речи?

- Согласны, - практически хором ответили родители N66 и в их голосе читалась только покорность и полное согласие.

- Отлично, раз мы смогли договориться, то, вот, официально заверенный мной и товарищем младшим инквизитором по государственной идеологии протокол, в котором вам надо всего лишь поставить галочку в графе: "Отказываемся от родства с врагом народа, вражеским шпионом и диверсантом". А сразу после этого получите двухмесячные талоны на усиленное питание в школьной столовой для ваших младших, - директор уже доставал из сейфа талоны и положил их на стол рядом с протоколом, чтобы мужчина и женщина видели, что государство всегда поощряет правильный выбор своих граждан - обычно, талоны на усиленное питание, могли получать только директора предприятий, офицеры сотрудники госбезопасности и государственные идеологи в чине не ниже старшего инквизитора, так что предложение было более чем щедрым. Но за особые заслуги их разрешалось выдавать и простым гражданам.

И пока супруга не успела передумать, муж, как наиболее идеологически подкованный и преданный делу стабильности член семьи взял из рук директора перо и обмакнув в чернильницу поставил жирную "птичку" в нужной графе, а потом взяв талоны и не глядя сунул их в руки супруги. Которая, видимо, еще не до конца понимала, что только что произошло на ее глазах.

"Пора их уже выпроваживать", - подумал Бесогонов. И только он успел об этом подумать, как Арсений Назарович снова пришел на помощь. - "Неужели решил меня обскакать", - мелькнула в голове младшего инквизитора тревожная мысль, которая стала следствием ряда неприятных последствий.

- Пойдемте, я пойду с вами, провожу. И не волнуйтесь, ваши младшие будут усиленно питаться уже сегодня, а только завтра начнут предъявлять талоны. Пойдемте, пойдемте. - А на выходе повернувшись к Бесогонову почти прошептал, - побыстрее, Иван Викторович, чтобы к концу большой перемены все было закончено. У меня вечером дела. - Что имелось в виду под всем, младшему инквизитору не надо было объяснять. Он просто показал, что начнет разбираться незамедлительно.

Прелюдии закончились. Пора было действовать жестко и решительно. Дождавшись когда шаги ячейки общества N547 под предводительством, Арсения Назаровича на коридоре стихнут Бесогонов выскочил из кабинета директора и помчался к себе. Впереди его ждала встреча с хитрым и изворотливым шпионом и диверсантом, сектантом-альтруистом, которого требовалось в кратчайшие сроки подготовить к процессу очищения: связать и заткнуть рот. А еще успеть отрепетировать новую торжественную позу, которую он подсмотрел по телевизору и теперь очень хотел всем продемонстрировать.

Зайдя к себе, Бесогонов, без всяких предисловий и не тратя драгоценное время на слова просто пнул N66 со всей силы ногой, а когда сектант альтруист свалился на пол получше прицелился и ударил его словно футбольный мяч по ребрам, чтобы вышибить из него весь его мерзкий сектантский дух. Это удалось младшему инквизитору просто замечательно - N66 не шевелился, да и вообще, не подавал каких-либо видимых признаков жизни.