Страница 30

— Разумно и резонно. — Моя напарница заработала одобрительный взгляд. — Отель только начал работу, поток гостей пока невелик, может выйти так, что до конца недели в их крыло никто более не заселится. Ну а с учетом тяги этой парочки к нарушению всех и всяческих запретов они на следующей неделе могут оказаться где?

— На кухне? — предположила Натэлла.

— Как вариант. Или, например, в прачечной, в качестве поощрения за особые заслуги. Работы у них настолько много, что тамошним сотрудникам иногда некогда оттуда отлучиться, там едят, там и спят. И те из вас, кто туда попадет, будут жить по аналогичным с ними правилам. Но рано или поздно у них может получиться вернуться обратно на этаж, и вот по тому гостю, который у них окажется первым, они не смогут получить информацию ни через компьютер, ни каким-либо другим сторонним путем. Только в процессе личного общения, и никак иначе.

Вот так. Выходит, кухня и переноска чемоданов в «Перекрестке» не самое дно миров. Можно свалиться и еще ниже, туда, где ты вообще надолго завязнешь, как муха в варенье. Замок Иф, елки-палки. Никаких новостей, никаких шансов вернуться в гонку за призом. Если только в лотерее повезет, но это весьма призрачный шанс, особенно после того, как наша численность поуменьшится. До нее вообще к тому времени может дело не дойти.

— Так, с вами почти разобрались, — погрозил Цербер провинившейся парочке пальцем. — Почему «почти»? Потому, что когда я пойду мимо доски результатов, то поставлю вам еще и минус. Вы его честно заслужили.

Ну и все, дедуля. И хватит. Пожалуйста! Думаю, что приблизительно то же самое вертелось сейчас в головах доброй половины стоящих здесь людей.

Но нет!

— Ну и остальным следует урок преподать, — чуть тише, но все так же непреклонно продолжил старик. — Так. Времени уже много, вы как раз можете идти на ужин, потому компьютерная комната закрывается до завтра. До одиннадцати утра.

— Да нет! — одновременно произнесли несколько человек.

— Да — да, — поправил их Цербер. — Кстати, вот тоже правильно. Как-то мы этот момент упустили с руководством. Итак, доступ к техническому средству возможен с одиннадцати часов утра до восемнадцати часов вечера. В остальное время такой возможности у вас не будет.

Сочувствия во взглядах, которыми мы одарили Ольгу и Пашу, теперь было куда меньше. Можно сказать, что его вовсе не имелось.

— И еще! — На этот раз указательный палец Аристарха Лаврентьевича был направлен в направлении потолка. — Если от гостя отеля поступит жалоба о том, что ему не удалось найти хоть одного коридорного, а после выяснится, что они оба находились вот здесь, за компьютером, то к ним, то есть к коридорным, будут применены строгие санкции. Какие именно — пока не знаю, но что-нибудь придумаю. Все слышали? Это снова общий вопрос, потрудитесь ответить!

— Все, — уже более разноголосо и уныло ответили мы.

— Замните и остальным передайте. Это в ваших же интересах. Мне все равно — знают отсутствующие об этом или нет, спрашивать я стану со всех и с каждого. А вот что они после вам выскажут, когда выяснится, что вы забыли или не захотели этого сделать, — не моя печаль. Все, более никого не задерживаю. И повторяю — ступайте на ужин, а то будете потом рядом с рестораном околачиваться, аппетит гостям своим видом портить. Вот зачем былую планировку поменяли, а? Надо же было такое сконструировать!

Выдав заключительную тираду, старикан развернулся и собрался уходить, но был остановлен двумя громкими выкриками, прозвучавшими одновременно.

— Народ, не расходимся! — Это был я.