Страница 4

Карташов. Женя?! Ты?!

Бабкин. Собственной персоной. Разрешите получить наличными за бензин, который я израсходовал в поисках вас, товарищ Карташов! Вас уже, вероятно, ищут и через уголовный розыск.

Карташов. Что случилось? Не валяй дурака.

Бабкин. Если ты сам не повалишься, все будет в порядке.

Карташов. Как я устал от твоих дубовых острот!

Бабкин. Лучше уж слушать мои дубовые остроты, чем то, что я тебе сейчас скажу!

Карташов. Что еще там?

Бабкин. Тебя ищут, чтобы сообщить новые, окончательные, согласованные поправки.

Карташов(вздохнув). Дело мое идет на поправку.

Бабкин. И тебя к остротам потянуло? Ольга меня просила...

Карташов(перебивая). Хорошо, хорошо!

Бабкин. Ничего хорошего, тебя ищут.

Карташов. Сколько у меня есть времени?

Бабкин. Максимум — тридцать секунд. Для того чтобы собраться, попрощаться и смотаться.

Нина. Евгений Михайлович, все-таки вы жестокий друг!

Бабкин. Милая Ниночка, если я что и не делал для моего друга, так это — не заслонял его грудью, и только потому, что в него еще никто не стрелял... Кстати, налейте же шоферу, рассыльному, сигналисту! Неужели я не заслужил?

Звонок.

Карташов(поднявшись). Кто еще может быть?

Подушкина(уходя). Я открою.

В комнате напряженная тишина.

Нина. Евгений Михайлович, вы все веселье прервали.

Бабкин. Бабкин, Бабкин, как тебе не стыдно!

Карташов. Тише!

Подушкина(входя). Ошиблись дверью.

Карташов(вздохнув, оживленно). Как жаль, но должен отправляться!

Все поднимаются.

Нет, нет, вы продолжайте! Ниночка, я попросил Геннадия, чтобы он... Впрочем, он все сам скажет. Геннадий, надеюсь.

Геннадий. Я провожу.

Карташов. Женя, ты со мной?

Бабкин. Профессор даже в парикмахерскую любил ходить с ассистентами. Завтра я отвезу тебя в Хусаново. А сегодня я тоже имею право на отдых!

Карташов(с оглядкой на Подушкину; Нине). До скорой встречи! (Целует руки.)

Нина. Отдыхайте как следует, Виталий Николаевич!

Карташов. Постараюсь. (Уходит в сопровождении Геннадия.)

Подушкина. Суета... Новые дома строят — в старом посидеть не дают.

Нина(Бабкину). Как вас все-таки терзают!

Бабкин. Профессия у нас, Ниночка, ответственная. Писатель напишет, не понравится книга — читатель отложит. Фильм не понравился — три рубля, конечно, сумма, но все же можно и покинуть сеанс. Художник картину плохую сделает? Ну, не купят, а купят, не понравится — к стене повернут. А в наших произведениях люди жить должны. Тут тремя рублями не обойдешься...

Нина. Очень вы искусство упрощаете.

Подушкина. А я согласна с товарищем Бабкиным. Я «Милый друг» Гюи де Мопассана двенадцать раз прочла. Любовь, ревность, измены. Долголетие обеспечено. (Легко стуча по столу.) Мебель эту сделали, может, триста, может, двести, но за сто лет ручаюсь. И — живет. Дерево, а вот видите!

Бабкин(подливая Нине вина). Прощание братьев затянулось. (Подушкиной.) У вас гитара с незаржавленными струнами?

Подушкина. Испанская, не ржавеет. Из Мадрида Никодим привез. На Сильве приз взял.

Бабкин(перебирает струны). Гитара — инструмент для воспоминаний.