Страница 14

Поднимался ветер.

Пока объятия дивана кажутся тебе слаще Божественных, в графе «вероисповедание» можешь смело писать: холост.

— Во время медитации мои мысли не плывут подобно облакам, а врываются хищными зверями и терзают меня своими когтями и клыками, — пожаловался ученик.

— Разреши крови свободно вытекать из твоего эго, — посоветовал мастер, — и они в ней захлебнутся.

— Иногда я как будто ясно вижу Бога в окружающем мире, — пожаловался ученик, — а иногда Он словно скрывается от меня.

— Ну, я тоже иногда ухожу спать, — утешил его мастер.

Ходжа Насреддин вычесывал репейник из хвоста своего ишака.

— Как же ты его любишь! — восхитился сосед.

— Не люблю, а приближаю к Абсолюту, — уточнил мудрец. — С этими колючками он чересчур атрибутивен.

— Тебе хорошо, о мой мастер! — воскликнула ученица. — Ты просветлен, осознан, нашел смысл своей жизни. А каково нам, глубоко спящим под теплым одеялом своего эго?

— Опустись на самое дно неглубокого пруда своего мировосприятия, — предложил мастер, — и пойми не умом, а сердцем: мой смысл жизни — в вас, ваш — во мне; так кому, спрашивается, больше повезло?!

Долго гонялся лев Гордыни за свиньей Эгоизма, однако она всякий раз легко пряталась от него в чаще Глухой Апатии. Но однажды ему удалось-таки подстеречь ее у водопоя на реке Наслаждений.

Отступать было некуда.

— Ты меня не ешь, ты меня лучше полюби, — молвила свинья, пристально глядя в глаза льву. — Я нарожаю тебе отличных детей!

Не отводя от нее зачарованного взора, лев медленно вошел в реку и, погрузившись в ее воды, обернулся громадным кабаном.

Потомство пары удивило все джунгли своими достоинствами.

— Вот что значит свежая кровь! — говорила счастливая мать.

Болото моего Безделья обрамлено кувшинками Мелких Добродетелей.

Однажды сосед зашел к Ходже Насреддину в расстроенных чувствах.

— Мне кажется, у меня появился комплекс неполноценности, — мрачно заявил он.

— Ничего страшного: просто удав твоего Самомнения запутался в собственных петлях, — утешил его Ходжа.

Ходжу Насреддина спросили:

— Нужно ли развивать гибкость тела?

— Если одной ногой идешь по жизненному пути, а другой — по духовному, быстро сядешь в шпагат, — ответил мудрец.

— Что такое религия? — спросили ученики Ходжу Насреддина.

— Попытка заасфальтировать Дорогу Жизни, — ответил Насреддин.

Однажды к Ходже Насреддину пришел странствующий дервиш.

— Я много слышал о тебе, — сказал он, — и хочу стать твоим учеником. Но сначала ты должен доказать мне, что служишь Аллаху, а не шайтану.

Насреддин вскочил задом наперед на своего ишака и сильно дернул его за хвост. Ишак заревел, а Ходжа стал корчить страшные рожи и улюлюкать. Потом он слез с ишака и сказал потрясенному гостю:

— Вот видишь, мы вдвоем с ишаком так старательно его звали, и все понапрасну. Видно, шайтан меня здорово недолюбливает.

— Я п-передумал, — с трудом выговорил дервиш и быстро скрылся из виду.

Однажды к Ходже Насреддину пришел старый философ и сказал:

— Я всю жизнь читал Коран и другие ученые книги. Но теперь я хочу все это пережить.