Страница 45

Художник создает искусственную жизнь, дополняя ею пошлую реальность. Он творит искусственный мир, в котором благородство, честность, сострадание являются нормой.

Человек неузнаваемо меняется под воздействием обстоятельств.

Человек способен на все — дурное и хорошее. Мне грустно, что это так.

Поэтому дай нам Бог стойкости и мужества. А еще лучше — обстоятельств времени и места, располагающих к добру.

Человек человеку… как бы это получше выразиться — табула раса. Иначе говоря — все, что угодно. В зависимости от обстоятельств.

Что может быть логичнее безумной, красивой, абсолютно неправдоподобной случайности.

Я давно уже не разделяю людей на положительных и отрицательных.

Я не уверен, что в жизни за преступлением неизбежно следует раскаяние, а за подвигом — блаженство. Мы есть то, чем ощущаем. Наши свойства, достоинства и пороки извлечены на свет божий чутким прикосновением жизни…

ДОМБРОВСКИЙ ЮРИЙ ОСИПОВИЧ

Юрий Осипович Домбровский (1909–1978). Русский писатель. Жертва советской тоталитарной системы, трижды был арестован и судим, реабилитирован в 1956 году за отсутствием состава преступления. Перу Ю. Домбровского принадлежат романы «Крушение империи», «Державин», «Обезьяна приходит за своим черепом», «Хранитель древностей», «Факультет ненужных вещей», ставшие событием в русской литературе, а также сборник рассказов «Факел», книга новелл о Шекспире «Смуглая леди», воспоминания, статьи, переводы.

Во всей нашей печальной истории нет ничего более страшного, чем лишить человека его естественного убежища — закона и права…

Каждое несправедливое осуждение не только покрывает собой невыявленного преступника, но и родит еще нового, уже не верящего ни во что…

Настоящее хулиганство — страшный враг, и с ним надо бороться, но бороться осознанно, планомерно, умело, законно — не толчками и спазмами. Бороться, уничтожая преступления, но не рождая преступника. Совесть — орудие производства судьи. Это основное.

Непоследовательность губит всех благодетелей человечества.

Нет в мире более чреватого будущими катастрофами преступления, чем распространить на право теорию морально-политической и социальной относительности. Оно — вещь изначальная. Оно входит во все составы нашей личной и государственной жизни. Пало право — и настал 37-й год. Он не мог не настать.

Но есть люди, которые, как бы им этого ни хотелось, добра сделать не могут. Не дано им.

Первая трещина в сознании появлялась не от вражеского удара, а от пощечины, от плевка, от отсутствия государственной власти.

ДОСТОЕВСКИЙ ФЕДОР МИХАЙЛОВИЧ

Фёдор Михайлович Достоевский (1821–1881). Русский писатель. Автор всемирно известных романов «Бедные люди», «Униженные и оскорбленные», «Игрок», «Преступление и наказание», «Идиот», «Бесы», «Подросток», «Братья Карамазовы»; повестей «Двойник», «Хозяйка», «Слабое сердце», «Белые ночи», «Неточка Незванова», «Дядюшкин сон», «Село Степанчиково и его обитатели», «Записки из подполья»; рассказов; очерков, в том числе «Записки из мертвого дома»; публицистических, литературоведческих и критических статей.

…величайшее и незыблемое средство к покорению женского сердца, средство, которое никогда и никого не обманет и которое действует решительно на всех до единой, без всякого исключения. Это средство известное — лесть.

…власть дается только тому, кто посмеет наклониться и взять ее. Тут одно, только одно: стоит только посметь!

… всякая первоначальная причина тотчас тащит за собой другую, еще первоначальнее, и так далее в бесконечность. Такова именно сущность всякого сознания и мышления.