Страница 62

Душа или покоряется природным склонностям, или борется с ними, или побеждает их. От этого — злодей, толпа и люди высокой добродетели.

Если поэзия не простое сочетание звуков, то, без сомнения, она есть самая величественная форма, в какую может облечься человеческая мысль.

Если человек сам стал хуже, то все ему хуже кажется.

Есть престранные люди, которые поступают с друзьями, как с платьем: до тех пор употребляют, пока износится, а там и кинут.

Женщины вообще любят драматизировать свои чувства и поступки; сделать сцену почитают они обязанностью.

Женщины наполняют пустоты жизни так, как пшено промежутки в виноградном бочонке: пшено ничего не стоит, никуда не годится, а между тем необходимо, чтобы виноград не испортился.

Из двух друзей один всегда — раб другого, хотя часто ни один из них в этом себе не признается.

Как <…> ловко ни сшит плащ тщеславия, он никогда не прикрывает совершенно ничтожности.

Как часто мы принимаем за убеждение обман чувств или промах рассудка.

Любовь, как огонь, — без пищи гаснет.

Люди, когда страдают, обыкновенно покорны, но если раз им удалось сбросить ношу свою, то ягненок превращается в тигра, притесненный делается притеснителем и платит сторицею — и тогда горе побежденным.