Страница 10

Я согласен, что полезный человек может прожить достаточно для природы, пожалуй, даже достаточно для славы; но он всегда слишком мало жил для своего отечества. Следует выбирать друзей твердых, устойчивых и постоянных. Но мало людей, обладающих таким характером. Трудно судить о них, не испытав, а это испытание может случиться только при дружбе. Таким образом, дружба предшествует суждению и сама лишает нас возможности произвести необходимое испытание.

Все чувствуют отвращение к неблагодарному, каждый считает себя оскорбленным его поведением, потому что оно направлено к охлаждению великодушия; и на него смотрят как на общего врага всех нуждающихся в помощи.

Платон. Античный бюст

Истинная слава, величие души, мудрость, сияют таким блеском, что кажутся данными нам добродетелью, в то время, как все остальное одолжено нам счастьем.

В дружбе слишком часто повторяется неизбежное несчастье – необходимость разорвать ее. Я говорю об обыкновенных связях, а не о тех, которые заключаются между мудрецами. Иногда друзья наши под конец обнаруживают долго скрывавшиеся пороки: мы ли станем жертвами их или другие, позор всегда отразится на нас. Следует решиться незаметно ослаблять сношения с этими друзьями, мало заслуживающими нашей любви. «Следует, – говорил Катон, – распарывать, а не разрывать». Если бы, однако, речь шла о скверных поступках, которые нельзя скрыть, то справедливость, честь и даже необходимость принудили бы нас к резкому разрыву.

«Счастлив, – говорит Платон, – тот, который, по крайней мере, в старости может достичь мудрости и постичь истину!»

Обязаться сделать в пользу других то, чего мы не можем исполнить, – это неблагоразумие; быть в состоянии исполнить свое обещание и намеренно не исполнить его – это небрежность или вероломство.

Гай Юлий Цезарь. Античный бюст

Взяточники должны трепетать, если они наворовали лишь столько, сколько нужно для них самих. Когда же они награбили достаточно для того, чтобы поделиться плодами с другими, то им нечего больше бояться. Нет ничего святого, чего деньги не могли бы осквернить, ничего столь сильного, чего нельзя было бы осилить деньгами.

Во всех важных уголовных процессах следует в особенности разобраться в предшествующих преступлению намерениях, мыслях и поведении обвиняемого: следует обращать гораздо больше внимания на его нравственность, чем на возбужденное против него обвинение, потому что мы не можем измениться в одно мгновение, внезапно начать другой образ жизни и по желанию принять новый характер.

Назову ли я свободным этого человека, который подчиняется женщине, которому женщина предписывает закон? Она предписывает, она приказывает, она запрещает по своему капризу: он не может избавиться от ее приказаний, он не осмеливается в чем-либо отказать ей. Она требует, и он дает; она зовет, он приходит; она гонит его, он удаляется; она возвышает голос, он трепещет. Он знаменитого происхождения, не спорю; тем не менее я считаю его самым жалким из рабов.