Страница 11

   Закрыв за ним дверь, они приникли к ней ушами, стараясь затаить дыхание... В следующий миг из-за двери раздался душераздирающий вопль, сопровождаемый гулкими, слегка звенящими ударами. При каждом ударе слуги слегка вздрагивали. В дверь что-то сильно ударило. Дикий вопль повторился, и дверь, не выдержав напора с той стороны, упала наружу, придавив створкой незадачливых слушателей. Живой снаряд протаранил дверь с дикими от ужаса глазами, в порванных штанах, на которых крест - накрест со стороны тыла зияли ровные линии порванной ткани...

   В проеме двери стояла довольная принцесса, поигрывавшая короткой плеткой.

   На принцессе была надета полупрозрачная туника и такие же шаровары из тонкого шелка, повязанные на поясе тонким золотой нити пояском. От золотого ошейника на шее принцессы в глубь покоев уходила тонкая золотая цепь.

   Внезапно дверная створка приподнялась и, едва не задев принцессу, встала на место, оставив на полу две карикатурные фигуры в помятых доспехах.

   - Держи свои десять монет, я думал она сегодня будет использовать последний табурет... - Фигура дрожащими пальцами передала кряхтящей фигуре деньги и отрубилась.

   Черный колдун предавался пороку в темном подвале замка. Со стен свисали цепи, помещение было отделано черным деревом и красной тканью. Сам он был привязан к мощному дубовому столу, как говорится, кверху задом.

   Две хрупкие девушки с пустыми взглядами, тихо похихикивая, лупили по мягкому месту тонкими плетьми. От каждого удара колдун издавал хрюкающие звуки.

   Внезапно в темном углу заклубилась Тьма, вскоре соткавшись в антрацитово-черную дымчатую фигуру. Лица у нее не было, лишь некое подобие капюшона на месте головы и два горящих адским пламенем разреза глаз.

   Легким волновым движением он отобрал у девушки хлыст и отправил обеих в угол, откуда только что появился. Внимательно осмотрев инструмент и признав его мало - пригодным, он взмахнул им в воздухе, что-то прошипев, отчего хлыст удлинился и оброс сантиметровыми шипами по всей своей длине, и по нему пробежало ярко-красное пламя.

   От вопля, последовавшего за ударом, казалось, пробирающего до самой сути и слышанного в каждом уголке замка, содрогнулись стены. От второго вопля на душе всех слуг и принцесс замка наступила такая радость... ибо голос великого черного колдуна знали все...

   - Ах ты, выродок жабы и курицы, плешивая лысина на голове последнего нищего, утонувшего утром в колодце для сброса сточных вод! - от голоса туманной фигуры девушки, а особенно сам толстый колдун, съежились. - Как ты посмел ослушаться моего приказа и испортить приготовленных для ритуала двух принцесс! Я с таким трудом собираю их со всего света! За каждой фразой следовал удар, и последующий вопль бальзамом лился на запуганные души обитателей замка. - У нас осталось четыре месяца, а теперь придется искать еще ПЯТЬ принцесс! И все благодаря тебе! Жалкое подобие гомункула с руками, растущими из зада и мужским достоинством вместо мозгов. И если ТЫ не достанешь к указанному сроку всех ингредиентов, то ты познаешь такую боль, от которой даже черти в аду разбегаются в приступе дикой паники!

   Напоследок он нанес удар такой силы, что судорог черного колдуна не выдержал сколоченный дубовый стол и рассыпался мелкими кусками дерева, тут же вспыхнувшими в полумраке. На каменный пол упала дымящаяся плеть, принявшая первичный вид.

   Из леса выползло нечто, покрытое многочисленными ссадинами и синяками, в клочьях изорванной одежды, с ног до головы облепленный болотной тиной. Вцепившись зубами в узел, края которого тянулись ему за спину, он, добравшись до края леса, рухнул без чувств. Некогда роскошный дорожный плащ, иссеченный ветвями кустов и деревьев, превратился в тюк для драгоценного груза.

   Провалявшись с полчаса, охотник, кряхтя и постанывая, поднялся на ноги, три раза прочел здравицу святой, что хранила охотников и рыцарей. Взвалил на спину тяжелую ношу, отозвавшуюся глухим звоном...

   Незримые эльфы, сопровождавшие его всю дорогу, только тихо посмеялись над удачливым человеком, сумевшим найти, выкопать, и дотащить до опушки клад. Дождавшись, когда охотник скроется с глаз, троица, поправив небогатое снаряжение, отправилось следить за следующей партией охотников, которую леший уже четвертый час водил вокруг болота...

   Неожиданно из кустов с диким воплем выскочила приземистая фигура гнома с рыжей бородой и с ошалелыми глазами понеслась в глубь леса. Из тех же кустов выполз довольный енот-полоскун, сжимавший в коротких лапках обломок рукотворного копья, большая половина которого осталась в кольчужных штанах гнома. Через минуту из чащи леса, куда ускакал рыжебородый, послышалось гулкое "буммм!" от соприкосновения его шлема и столетней сосны, после чего раздался повторный вопль, и гном, державшись обеими руками за мягкое место, стрелой пролетел в обратную сторону, завывая, словно сирена. Копья енота у оного уже не наблюдалось...

   Из кустов высунулась довольная рожа дракона, наблюдавшая за этой картиной. На его голове, между зубцами костяного гребня, восседал давнишний енот-полоскун, затачивая наконечник копья, которое он, судя по всему, только что вернул...