Страница 8

Невероятно Мудрый Учёный сидел в кресле, запахнувшись в красный парчовый халат, и почесывал левой голый волосатый живот, изредка делая глоточек крепкого кофе. Время от времени он нагибался вперёд, приставлял глаз к окуляру огромного телескопа и изучал в него бескрайнее звёздное небо.

— КХМ, — вежливо прокашлялся кто-то из окна.

— Да-да? — Невероятно Мудрый Учёный был довольно рез для своего возраста, и успел спрятать бутылку с коньяком настолько быстро и аккуратно, что по пути всего лишь разлил кофе, разбил телескоп, и упал на коллекцию нецке, которую собирал двадцать лет (к сожалению, эти хрупкие старинные статуэтки оказались настолько чувствительными к падению на них 83-х килограммового тела, что ни одна скульптурка не уцелела). Вытряхнув из бороды осколки, учёный поправил на голове тюбетейку, и, приняв достойный вид, повторно спросил:

— Да-да?

— Коньяк у вас хороший, — повёл носом Главный Ёжик, удобно устроившись на подоконнике. — Французский.

— Да что вы, что вы! — замахал руками Учёный. — Вам показалось! Это не коньяк, это фикция. Мираж я бы сказал. И не французского, а армянского.

— Мама, мама, — зашептал в траве ежёнышь. — А вот ты говорила, что врать нехорошо. А дядя врёт. И не краснеет. Значит и мне можно?

— Дяде краснеть не надо, у него халат красный, — строго сказала ежиха.

— А-а-а… — разочаровано протянул ежёнышь и, чихнув, свернулся в клубок.

Учёный попытался сделал большой глоток из бутылки — говорящие ежи его нервировали. Рука прошла насквозь — коньяк явно стремился свести своё состояние к миражу. Невероятно Мудрый Учёный вздохнул.

— И что вам надо? — обречённо спросил он.

— Думать, — уверено ответил Главный Ёжик.