Страница 9

Ворочанье в пупе усилилось. Захотелось на горшок. Товарищ Бармалей провел ладонью по животу и нащупал тугой, невидимый энергетический жгут. Он уходил от пупа в бесконечность. И был упруг, как резина. Товарищ Бармалей дернул за него. Это был сигнал тащить...

...А в это время на квартире гражданки Шапокляк собрались заговорщики. Здесь стояли сказочное благоухание духов "Черная магия" и обстановка из дворца изгнанного царя Гороха. На стенах висели колпаки знаменитых гороховых шутов и портреты господ в гороховых пальто.

Заговорщики сидели за круглым столом. Их указательные пальцы были прижаты к тарелке из бесценного горохового сервиза.

- Призрак товарища Бармалея! - третий час взывала гражданка Шапокляк. - Явись! Явись! Явись!

Остальные вторили ей хором.

Наконец блюдце дернулось и начало ездить по столу.

- Он слышит! - заупокойным голосом сообщила гражданка Шапокляк. И снова повторила заклятье.

Заговорщики были ни живы, ни мертвы. Шерсть у многих стала дыбом. Казалось, еще немного, и они сами окажутся в Мире Призраков. По спине ползали мурашки. Зуб на зуб не попадал. Голоса дрожали. Тарелочка дергалась, словно на резинке, все сильнее и сильнее...

И тут дверцы шкафа распахнулись. Потянуло нафталином и... товарищ Бармалей оказался среди своих. В пупе у него больше не крутило. На горшок не хотелось. Все его узнали. Он был такой же, как на портретах знаменитого, а ныне забытого живописца Тюбика. Товарищ Бармалей глядел так, будто хотел спросить: "С кем вы, мастера культуры?"

Заговорщики едва не разбежались. Но с перепугу устроили овацию. Аплодировали стоя.

- Прошу садиться, - скромно сказал товарищ Бармалей. - Пока я вас не расстрелял.

- Будем знакомиться... - начал товарищ Барабас.

Но гость его прервал:

- Будем знакомиться с делами, товарищ Барабас. Они расскажут о каждом, - и указал трубочкой на полицмейстера Бульдога.