Страница 22

— Зачем тебе мой петух? — недовольно отозвался Муса-ага и заворчал: — Маскарабаз ты, парень, не успел приехать — уже на все село твой голос слышно.

— Муса-ага, не сердись. Имею задание от самого секретаря райкома. Где твой петух?

— Да вон он, на мусорной куче, — показал старик в сторону, где у побеленного дувала копошились куры и гордо стоял на мусоре белый петух.

— Очень хорошо, что вы его еще не съели! — захохотал Реим и, взяв старика под руку, повел к тахте, рассказывая о встрече и разговоре с секретарем райкома.

Сторож выслушал счетовода, сказал:

— Ты приметил моего петуха, парень. Но разве это петух? Вот у Амин-эке петухи! Настоящие разбойники! Амин-эке — мой старый друг, он в Карши живет. Когда в войну я лежал в каршинском госпитале, то частенько заглядывал к Амину. Видел бы ты, парень, какие петухи у него и сейчас — не дай бог!

— А если к нему наведаться, может, продаст одного? — заволновался счетовод.

— Дороговаты они, парень. Раз в десять дороже обыкновенных.

— Вообще-то надо подумать, — сказал Реим. — Поговорим еще. — И отправился сыграть партию в «американку» — парни уже кружились вокруг стола, загоняя шары в лузы.

Своевременная подсказка старика-сторожа словно окрылила счетовода. С утра забегал он: от главбуха к председателю, от председателя к казначею. Взял под отчет деньги на петуха, начал собираться в дорогу.

Через день Реим был в Карши. Вышел на привокзальную площадь, сел в такси, спросил, где живет петушиных дел мастер Амин-эке, и через десять минут слез возле огороженного кирпичным забором двора. Осмотревшись, Реим постучал в калитку — никто не отозвался. Тогда он вошел во двор и направился к дому, который виднелся в самом конце длинной виноградной беседки. Дорожка, по которой шел, была кирпичной, в зеленоватой плесени от частых поливов. Над ней, под жердями, висели еще не дозревшие кисти черного винограда. Слева от беседки в клумбах росли розы. Тонким, нежным ароматом этих царственных цветов был насыщен воздух. «Куда же я пру напролом? — спохватился Реим. — В таком богатом дворе наверняка есть собака!» Счетовод встал на цыпочки, чтобы разглядеть — нет ли кого-нибудь возле дома, и осторожно позвал:

— Амин-эке! О, Амин-эке!

Никто не отозвался, но тотчас до счетовода донеслись какие-то странные звуки, вызывающие беспокойство, и на дорожку вышел огромный красный петух. Угрожающе заквохтав, он прочертил по земле крылом и бросился на незваного гостя. Перья на петухе вздыбились, глаза налились гневом, и он так высоко прыгнул, что, не отвернись Реим вовремя, мог бы клюнуть в нос или глаз. Счетовод, защищаясь, подставил спину и почувствовал на себе тяжесть разъяренной птицы. Петух злобно бормотал и клевал Реима в шею и голову.

— Эй, калтаман проклятый! — закричал, смеясь, счетовод. — Я же к вам с добрым сердцем приехал!

Видя, что шуткой не отделаешься, Реим энергично сбросил с себя гневную птицу и увидел торопящуюся к нему девушку.

— Кши, Искандер! Кши, проклятый! Разве так встречают гостей?! — отогнала она петуха.

Петух, оказывается его звали Искандером, отбежал к сараям и там поднял шум, собрав всех остальных петухов и кур.

— Ох, милое существо, вы спасли меня от жестоких когтей этого хулигана! — хохоча, заговорил Реим. — Если мне удастся взять у вас этого Искандера, то все амударьинские петухи плакать от него будут!

— Что значит «взять»! — насторожилась девушка. — И вообще, кто вы такой? Прежде чем войти во двор, вы могли бы попросить разрешения, а еще лучше — известили бы о своем приходе по телефону.

— Дильбар, доченька, пусти молодого человека! Пусть идет сюда, ко мне! — донесся добрый старческий голос из глубины двора.

Амин-эке — седенький старичок, с белой бородкой клинышком, в тюбетейке и, несмотря на сорокаградусную жару, в стеганом халате, — подал гостю руку и усадил его на тахту под урючиной.

— Судя по обличию, вы туркмен. Кажется, я не ошибся? — спросил он.

— Я из того села, где живет ваш старый приятель Муса-ага. Он дал мне ваш адрес и посоветовал приобрести у вас петуха. В этот сезон, не сглазить бы, думаем выйти в передовики. Той решили закатить с петушиными боями.