Страница 23

После концерта, когда его спрашивали, что больше всего понравилось публике, юный Фридерик отвечал:

– Мой белый воротничок!

Людвиг Шпор

(1784–1859)

немецкий композитор, скрипач и дирижер

Людвиг Шпор приходил на репетиции своей новой оратории с восьмилетней дочерью. Она безучастно слушала всю ораторию, но когда начинала звучать финальная фуга, заметно оживлялась.

Шпор решил выяснить причину особого расположения девочки к полифоническому стилю музыки.

– Тебе нравится моя фуга? – спросил отец.

– О нет, папа, – ответила девочка, – когда музыканты начинают эту фугу, я знаю, что твое сочинение кончается, мы скоро вернемся домой и будем обедать.

Портрет Клео де Мерод. Больдини Дж.

Иоганн Штраус

(1804–1849)

австрийский скрипач, композитор, дирижер

Когда Иоганн Штраус женился на хорошенькой актрисе, он взял с нее слово, что после его смерти она тотчас же добровольно последует за ним в могилу.

Молоденькая женщина удивилась, но приняла присягу, сообразив, что нарушить ее после смерти мужа не составит труда.

Некоторое время спустя, роясь в письменном столе своего благоверного, она нашла конверт с надписью «Мое завещание» и, к своему удивлению, узнала, что муж завещал все состояние на учреждение музыкальной школы и различных премий. Она не выдержала и обратилась к супругу:

– Разве так можно? Ты про меня совсем забыл в своем завещании! Разве я тебе не жена?

Штраус изумленно посмотрел на жену:

– К чему тебе мое состояние? Разве ты не принесла клятву, что застрелишься у моего гроба?

Потрясенная таким ответом красавица сперва растерялась, а потом нашлась:

– А если бы я промахнулась, что бы я делала без денег?

Ответом на этот вопрос был развод.

Иоганн Штраус-сын

(1825–1899)

австрийский композитор

Иоганн Штраус-сын был брюнетом со слегка вьющимися волосами. Во время гастролей по Америке он заметил, что в шерсти его любимого черного пуделя образовались проплешины. Штраус решил, что за собакой плохо ухаживает слуга и пес разболелся. Штраус позвал слугу, высказал ему свое неудовольствие и велел позвать ветеринара. Верный слуга сначала с непониманием, а потом с виноватой улыбкой выслушал своего хозяина.

– Моя вина, господин! – сказал он. – Я отрезал шерсть. А потом продавал ее будто локоны гениального музыканта, каким вы, мой господин, несомненно являетесь…

Франц Шуберт

(1797–1828)

австрийский композитор

Однажды к Францу Шуберту зашел его друг, австрийский живописец и график Мориц фон Швинд. У Шуберта – «короля песен» – не было ни нотной бумаги, ни денег, чтобы купить ее. Видя это, Швинд присел к столу, достал свой альбом и принялся рисовать нотные линейки. Он израсходовал всю свою бумагу, что позволило Шуберту писать музыку еще несколько дней. Многие годы спустя на вопрос, какие из своих рисунков он больше всего ценит, Швинд ответил:

– Нотные линейки Шуберта.

Роберт Шуман

(1810–1856)

немецкий композитор и музыкальный критик

Шуман исполнял как-то в концерте собственные произведения. И вдруг сквозь раскрытые окна снаружи донеслось чудесное щебетание птиц. Кто-то быстро закрыл окна. Композитор заметил это и, когда окончил игру, встал со своего места и снова раскрыл настежь все окна.

– Господа, – обратился Шуман к публике, – до сих пор я мешал этим прелестным маленьким музыкантам. Послушаем теперь их внимательно – они этого стоят, они тоже мои учителя.

Шуман не любил гулять в одиночестве, но при этом почти не разговаривал со своими спутниками.

Первый биограф Шумана, скрипач и музыковед Вильгельм фон Василевский вспоминает в этой связи забавный случай:

«…Когда я уходил, Шуман печально сказал мне: „Ах, мы так и не смогли поговорить“. Я успокоил его и себя надеждой на следующую встречу и сказал: „Там уж мы вдоволь намолчимся!“»