Страница 19

С. Прокофьев.

Шарж С. Штембер (1916)

В 1919 году в Чикагском оперном театре готовилась постановка оперы Прокофьева "Любовь к трем апельсинам". Этим событием заинтересовались "апельсиновые короли". Один из них предложил дирекции театра большую сумму за то, чтобы ему разрешили вывесить в фойе плакат. На плакате были изображены огромные апельсины. Надпись внизу гласила:

"Эти апельсины вдохновляли Сергея Прокофьева. Он употребляет фрукты только нашей фирмы!"

Однажды Прокофьев присутствовал на концерте. Исполняя его симфоническую картину "Сны", оркестр страшно фальшивил. После концерта смущенный дирижер подошел к композитору с извинениями:

— Вы не очень сердитесь, Сергей Сергеевич, за все фальшивые ноты, которые были взяты?

— Помилуйте, — ответил композитор, — да тут вообще не было ни одной верной ноты. Я это сочинение так и принимал за чужое!

Однажды ученик пожаловался своему педагогу по композиции, профессору Ленинградской консерватории Н. Н. Черепнину, что у него не выходит романс, и попросил совета.

Последовал короткий ответ:

— Поступите очень просто: напишите десять романсов и бросьте их в печку, одиннадцатый выйдет хороший.

С. Прокофьев.

Шарж Н. Соколова (1929)

Беседуя с репортером, скрипач Миша Эльман заметил с улыбкой:

— Когда тринадцатилетним мальчиком я дебютировал в Берлине, все говорили тогда: "Неужели это не исключение? В таком возрасте!.." Теперь, когда мне исполнилось семьдесят лет, все снова говорят то же самое.

Один из старейших немецких дирижеров Герман Шерхен славится своей пунктуальностью. Он добивается от оркестрантов, выступающих под его управлением, строжайшей дисциплины. Вместе с тем Шерхену не чужд и юмор, как об этом свидетельствует случай, происшедший в Цюрихе.

Придя на первую репетицию симфонического концерта с местным оркестром, дирижер обнаружил, что музыканты запаздывают. Наконец, собрались, казалось бы, все. Но тогда дирижер сказал, что отсутствует первый трубач, что нельзя приступать к работе без него и поэтому придется ждать. Послали за трубачом. А когда через четверть часа трубач вбежал в зал и, пробормотав извинения, стал спешно перелистывать ноты, Шерхен спокойно постучал палочкой по пульту и… обратился к струнным:

— Итак, господа, начнем, пожалуй, с "Маленькой ночной серенады" Моцарта!

А. Онеггер.

Шарж Г. Зандберга по гравюре Ганса Эрни

Одна французская балерина выступала в маленьком балете, написанном А. Онеггером и А. Хелле. Но, вполне естественно, звезда не может принести свой личный успех в жертву современной музыке. В итоге ее выступление заканчивалось под звуки трех мазурок Шопена. В конце представления одна дама, немного знакомая с Артюром Онеггером, подошла к нему и, стиснув его руки, с волнением воскликнула:

— Как восхитителен ваш балет! Да! Да! Уверяю вас! Мне не вскружило, правда, голову его начало, зато три маленьких номера в конце…

— Как я одобряю вас, мадам, и какое доказательство непогрешимости вашего вкуса: то были три мазурки Шопена…

В ответ композитор получил улыбку умиления:

— Ах… Узнаю вас в этом… Вы говорите так из скромности!