Страница 74

Американцы замялись и после бурного обсуждения наконец объявили: академик мог бы стать профессором по истории экономики в одном из государственных университетов. И, видя разочарование собеседника («на что же нам надеяться?»), объяснили, что советские экономисты при всей их талантливости не владеют современным международным опытом, а следовательно, в лучшем случае являются теоретиками, но отнюдь не практиками.

«Прошло не так много времени, а Л. И. Абалкин закончил свою политическую деятельность, оставшись в памяти народной как автор непопулярного „абалкинского налога“ на зарплату», — с горечью констатировал Вольфсон.

P.S. Жаль, что американцы, в свою очередь, не поинтересовались: на какую должность у нас мог бы занять консультант по экономике ихнего президента. Пожалуй, тоже лишь университетского преподавателя — настолько разнятся методы хозяйствования обеих стран. Недаром же простое заимствование западных экономических структур, их прививка (даже в нарочито тепличных условиях) приобрели у нас уродливый, карикатурный вид. Вместо предпринимателей — Чичиковы, делающие деньги из воздуха, вместо коммерции — спекуляция и фарцовка, вместо бирж — базары, барахолки с зазывалами и т. п. Так что не будем пока загадывать, какими останутся «в памяти народной» другие реформаторы экономики.

КТО НА ЧЕМ ПИШЕТ

Приехав в Петербург, французский философ-энциклопедист Д. Дидро (1713–1784) совершенно заговорил императрицу Екатерину II, не уставая каждодневно объяснять ей, какими должны быть законодательство, администрация, финансы, политика в просвещенном государстве. Но, видя, что в России отнюдь не спешат вводить рекомендуемые им преобразования, он в обиженном тоне выразил императрице свое недоумение по этому поводу.

— Господин Дидро, — ответила Екатерина. — Я слушала с величайшим удовольствием революционные построения вашего блистательного ума. Они годятся для написания прекрасных книг, но их нельзя применять в управлении государством. И знаете, почему? Потому, что вы и я находимся в разных положениях: вы работаете на бумаге, которая гладка и все терпит, а я — на человеческой коже, которая раздражительна и щекотлива!

НЕ РАЗЕВАЙ РОТ!

Как-то раз у малолетнего сына известного немецкого биолога и популяризатора науки В. Бельше разболелся зуб. Приведя плачущего и упирающегося мальчугана к дантисту, отец стал уговаривать его сесть в кресло и открыть рот. При этом он, дабы придать сыну смелости, наглядно показывал ему, как это надо сделать. И тут врач, случайно заглянув в рот Бельше, сказал:

— Э-э! Да у вас у самого зубы не в порядке! А ну-ка, садитесь в кресло…

Возвращаясь домой без зуба, срочно удаленного дантистом, Бельше горестно сокрушался:

— И как это я мог забыть главную заповедь ихтиологов? Воистину: рыба, которая не разевает рот, никогда не попадается на крючок!

ПРЕДСКАЗАНИЕ НАОБОРОТ

Подготовка к полету наркома иностранных дел В. М. Молотова в США весной 1942 года велась в обстановке такой секретности, что главе Советского правительства И. В. Сталину приходилось вникать даже в некоторые технические детали предприятия.

— Каков процент точности ваших данных? — спросил он специалиста, ответственного за прогноз погоды по маршруту перелета.

— Сорок процентов, товарищ Сталин! — доложил тот.

— Маловато, — заметил глава правительства и предложил: — А вы предскажите все наоборот, и тогда точность у вас повысится до шестидесяти процентов!