Страница 57

Поехал в дубовую рощу за дичью; гляжу: сидит тетерев на дубу. Я прицелился, а кремня-то нет! Коли в город за кремнем ехать — будет десять верст; далеко; пожалуй, птица улетит. Думаючи этак сам с собою, задел невзначай полушубком за дубовый сук; кобыла моя рванула с испугу да как треснет меня башкой о дерево — так искры из глаз и посыпались! Одна искра упала на полку, ружье выстрелило и убило тетерева; тетерев вниз упал да на зайца попал; а заяц сгоряча вскочил, да что про меня дичины набил! Тут я обозом в Саратов отправился; торговал-продавал, на пятьсот рублев дичины сбывал. На те деньги я женился, взял себе славную хозяюшку: коли вдоль улицы пройдет, всю подолом заметет; малые ребятишки встречают, поленьями кидают. Не надо покупать ни дров, ни лучины; живу себе без кручины.

Сказка

Уродился я ни мал, ни велик — всего-то с игольное ушко, не то с приворотную надолбу. Пошел я в лес, самое дремучее дерево рубить — крапиву. Раз тяпнул — дерево качается, в другой тяпнул— ничего не слышно, в третий тяпнул— выскочил кусок, мне, добру молодцу, в лобок. Тут я, доброй молодец, трои сутки пролежал; никто меня не знал, не видал, только знала-видала меня рогатая скотина — таракан да жужелица. Встал я, доброй молодец, отряхнулся, на все четыре стороны оглянулся, побрел по берегу, по берегу все не нашему. Стоит река — вся из молока, берега из киселя. Вот я, добрый молодец, киселя наелся, молока нахлебался . . . Пошел я по берегу, по берегу все не нашему; стоит церковь — из пирогов складена, оладьями повершена, блином накрыта. Вступил я на паперть, вижу двери — калачом двери заперты, кишкою бараньей задернуты. Тут я, доброй молодец, догадался, калач переломил да съел, кишку собакам отдал. Вошел я в церковь, в ней все не по-нашему: паникадило-то репя-ное, свечи морковные, образа пряничные. Выскочил поп толоконный лоб, присел — я его и съел. Пошел я по берегу, по берегу все не нашему: ходит тут бык печоный. в боку нож точоный. Кому надо закусить, изволь резать да кроить.

Текст напечатан А. Н. Афанасьевым без обозначения места записи, см.: Народные русские сказки А. Н. Афанасьева, т. III. Под ред. М. К. Азадовского, Н. П. Андреева, Ю. М. Соколова. Л., 1940, № 425, с. 251—252. О наличии вариантов см.: там же, с. 456.

БАЙКА ПРО СТАРИНУ СТАРОДАВНЮЮ

Старину скажу стародавнюю,

 Стародавнюю, небывалую;

 Старика свяжу со старухою,

 Со старухою с кособрюхою.

 То вам не чудо, не диковинка,

 Я видал чуда чуднее того:

 Середи моря овин горит,

 По чисту полю корабль бежит!

 То вам не чудо, не диковинка,

 Еще вот вам чудо чуднее того:

 Уж как ку́тюшка1 бычка родила,

 Поросеночек яичко снес!

 Это вам не чудо, не диковинка,

 Я видал чуда чуднее того:

 Мужики на улице заезки2 бьют,

Заезки бьют, они рыб ловя́т!

 То вам не чудо, не диковинка,

 Я видал чуда чуднее того:

 По поднебесью медведь летит,

 Ушками, лапками помахивает,

 Серым хвостиком поправливает;

 На дубу́ кобыла белку злаяла,

 В стойле сука в запрягу́ стоит,

 В осеку́3 овца гнездо свила!

 И тому чуду не дивуйтеся:

 С горы корова на лыжах катится,

 Расширя ноги, глаза выпуча!

 И то не чудо, не диковинка,

 Я видал чуда чуднее того:

 Сын на матери снопы возил,

 Молода жена в пристяжи́ была;

 Сын матушку припоню́живал4,

 Молоду жену призадёрживал!

 Я еще видел чудо-диковинку:

 Бьется сноха со свекровкою,

 Большим боём бьются — мутовками,

 Ложками стреляли во чисто поле;

 Устре́лили татарина мертвого,

 Кафтан с него сняли рого́зяный,