Страница 60

— Прошу вас, принесите другую еду! Муха оставила микроскопические следы, — умоляюще ныл Тесла.

Официант вернулся с тарелкой, вмещающей нечто резинообразное.

Тесла робел.

— Э-э-э... как вас...

— Официант-дворецкий, сэр.

— Как вас зовут?

— Бэрримор, сэр.

— Это что, овсянка, что ли?

— Пластилин, сэр.

— Что за судьба у меня...

— Американский юмор, сэр.

— Вы американец?!

— Да, сэр. Об этом можно только спеть. Извольте.

Официант пожевал губами и тонко, медленно, пропел:

— К сожалению, это правда... — ответил Тесла, поедая тарелку взглядом.

Томас Эдисон поднятием бокала прервал словоизлияние. Его улыбка была многообещающей.

— Теперь я предлагаю вам выслушать тост!

— Будем премного благодарны, — воодушевился Тесла.

Эдисон оторвал взгляд от бокала и ровно начал:

— В одной стране, находящейся в западном полушарии и именуемой Соединёнными Штатами, жил американец по фамилии Кеммлер. Как то он совершил убийство. И наш самый гуманный суд приговорил его к самой гуманной казни. Он был казнен с помощью электрического тока. Но в действительности самый гуманный суд не смог осуществить самую гуманную казнь, ведь был применён переменный ток. Так выпьем же за здоровье постоянного тока!

Взгляд Теслы перестал упираться в тарелку и теперь был направлен к середине стола, пока не поднялся вверх и не обратился к Эдисону.

— Что вы мне желаете? Мы собрались здесь ради банкета, а не ради поливания грязью.

— Я поливаю вас грязью? Вы меня оскорбляете!

— Простите, но вы оскорбляете меня.

— Умоляю, не надо поливать друг друга грязью! — возразил лорд Солсбери.

— Теперь д-дайте мне возможность произнести тост! — поднялся со своего места Альберт Эдуард.

Никола Тесла настороженно поднял глаза на престолонаследника, судя по дрожанию усов, в ожидании неподдельной каверзы. Угодно ли провидению, или имеются лишь личные особенности его визави, но сомнительный результат немедленно встаёт в полный рост.

— Я желаю д-дорогому Николе Тесле, чтобы он обрёл в-вторую половину. Пусть она будет п-прекрасна, как моя дорогая Аликс, когда я впервые встретил её. Пусть она б-будет прекрасна, как Лилли Лангтри, когда я впервые в-встретил её. Пусть она будет т-так же прекрасна, как Дженни Черчилль, когда я в-впервые встретил её. Пусть она будет п-прекрасна, как Нелли Клифден, когда мои д-друзья подложили её в мою постель. Пусть с Теслой п-произойдёт такая же история! За здоровье Николы Теслы и прекрасных дам, к-которых ему так недостаёт!

Произнесённый с таким благопожеланием тост плавно, словно пришедший в движение поезд, перетёк в постепенно разносящийся над столом крик. Берти с весьма удивлённым видом взирал на электрического волшебника, ожидая объяснения громкому выражению чувств.

Тесла быстро взял себя в руки.

— Вы хотите этим сказать, что вы все сумасшедшие? Я отдал жизнь науке и цивилизации, а вовсе не прекрасной даме!

— Почему все с-сумасшедшие? Здесь только…

— Простите за откровенность, Ваше Высочество, я преувеличил, ибо здесь лишь двое сумасшедших, и это Томас Эдисон и вы! Я ожидал услышать нормальные, человеческие тосты, в то время как мне пришлось слышать наркотический бред!

Принц Уэльский смущённо, судя по нахмуренным бровям и линии рта, осознавший свою вину, обменялся взглядами с Аликс и, не произнося ни слова, ткнул вилкой в содержимое тарелки. Если нам хочется узнать мнение изобретателя предыдущего экстравагантного тоста, нам предстоит узнать, что он так же ни словом не выразил своего мнения, но в отличие от Альберта занимался в этот момент не имеющим отношения к тосту делом.

— Вы не хотели бы увидеть наш американский стимулирующий напиток? — неожиданно заявил Эдисон, разом привлекая к себе внимание присутствующих. Не спрашивая разрешения, он нагнулся, и из-под стола была извлечена бутылка с красно-белой каллиграфической надписью «Кока-кола». — Вы вряд ли пили этот напиток. Я предлагаю вам такую возможность.