Страница 20

— Да, неловкости и несуразности у нас порой случаются… — поначалу смягчился, но в лучах очередной вспышки уличной рекламы недоверчиво позеленел и тяжело задумался клиент… — Не уж-то ядрёная Россия после декабрьских думских хороводов, выборов и непоняток заново цензурой так строго озаботилась?!

— Нет, нет, нет, что вы! Боже упаси! Едр… ядр… — поспешно сглотнул Бронькин. — Единая мать наша здесь совершенно ни к чему. Ваша искромётная шутка бросает избыточные и невыгодные мысли даже на объединённую и единую, так сказать, простите за выражение, власть нашего города и района, — покраснел Бронькин под очередной порцией отблеска рекламы. — Некоторые районы нашего в некотором роде знаменитого края и даже соседи из Улупаевской области от нас и так без ума. Остальные нас всерьёз люто ненавидят и пылко боятся. Признаться честно, сейчас и у нас в городе не всё стройно. Но вам поклянусь на Боевом уставе бронетанковых войск: декабристы 1825-го виноваты! Поверьте, точно знаю, опутанные пауками истории траки судеб отечества и государства, «…которому нет равных в мире». Поэма «Мёртвые души» и есть похождения господина полковника в переводе со статского табеля о рангах на военный табель Чичикова Павла Ивановича. Конспирация, знаете ли, всегда присутствовала. Время тёмное, нехорошее время тогда было… Двухтомник избранных произведений господина Гоголя с душами во втором тянет на 2 2 2 рубля 2 2 копейки. Вы возьмёте оба тома. И это прекрасно! Вы покупаете книг больше, чем одну, и получаете совершенно такую же, как и у меня, биметаллическую дисконтную накопительную карточку, изготовленную безвременно ушедшими на покой акционерами и подельниками нашего шефа из города солнца и свежемороженой горбуши — Магадана!

Бронькин артистично извлек из кармана несколько цветастых картонок, с изяществом циркового фокусника перетасовал их и развернул веером точно перед гладко выбритым лицом клиента, что его, впрочем, ничуть не ошеломило. Наоборот, в этот миг оторопел сам Афанасий Петрович, ибо сейчас гость задумчиво, если не сказать, что даже несколько отрешённо, открыл неведомо откуда выросшую у него в руке серебряную табакерку с финифтью и двумя фиалками на донце, очевидно, положенными «…туда для запаха».

В голове капитана вихрем пронёсся табун невероятных догадок: — Старший сын лейтенанта Шмидта? Но такой пойдёт к Мудрецову… Специалист досрочной силовой инкассации? Так почему без коллег?.. Внезапная проверка засланным генеральным директором казачком? Мудрецов в сравнении с ним и сам не Тарас Бульба… Этот ему будет не по карману… А если… Если гены династии?! — Бронькина бросило в жар. — Тогда почему он о своей родословной ни черта не знает? Ну нет, так конь не ходит! — Афанасий Петрович понял, что тяга клиента к «похождениям» к чему-то да и ведёт, а вот к чему она приведёт его, никак не понял, но уши наострил. — Скорее этот тип не без конвертируемых планов…

— Гм, вижу, вы человек… комбинированный… конвертируемый человек и на переправе бродом не полезете… — будто услышав его мысли, наконец-то оторвал свой нос от табакерки Павел Иванович и уставился на пёстрый веер из алюминиевых, медных, никелевых и других картонок, откуда выглядывали и прочие оттенки чёрной и цветной металлургии страны.

— Человек я — Петрович, Петрович я, Афанасий! — ещё больше напрягся Бронькин и резко замолчал. Он уже не первый год в нужных случаях умело прикидывался недотёпой и неудачником, хотя в местных баталиях давно прослыл хитроумным и изворотливым пиарщиком и стратегом. Так он действовал и сейчас. — Авось этот балаган в какую-то привлекательную сторону да и проберётся…

— Именно Афанасий вы, и не более того. И человек вы, вижу это и даже замечаю, весьма начитанный. А меня пружинит бизнес господина Чичикова, — снова нахмурился клиент. — Как говорится, метода его многотрудного дела, состав совета директоров, штаты и риски, чистота негоций, модель достижений и погрешностей, если случались. Нужны его экономика и финансовый результат. Из ваших же слов происходит, что теперь мне и души эти неживые тоже требуются?.. То есть душ похождение? Если дадите гарантии мне твёрдые, что во второй книжке, что в томе не первом сочинений ваших всё про Чичикова правильно изложено, то я беру именно этот том № 2 и можете упаковать его вместе с душами.