Страница 7

Этой ночью Егор узнал кое-что еще — ни один демон не мог мгновенно использовать магию. А очнувшийся после нокаута Замбага усвоил, что его новый слуга довольно резкий и опасный человек.

Убежище Замбаги располагалось совсем рядом с Великой топью. До границы с землями вольных был примерно день пути пешком. Туда-то они и решили податься первым делом, чтобы нанять воинов и магов.

Егор не возражал. Еще во время сборов до него дошло, что всего вдвоем им далеко не уйти. Сам Егор был плохо приспособлен к подоходной жизни даже в условиях Земли, а Замбага мало на что годился. Свои первые одинадцать лет жизни демон провел в тепличных условиях княжеского двора и никогда не выходил наружу, а следующие пять — просидел в башне. Первородный вообще ни во что не втыкал и ничего не умел. О жизни за пределами своего дома он знал лишь из книжек. Все, что у него действительно отлично получалось, — это изображать из себя надменного господина.

Хотя магом он был все-таки первоклассным. Припомнив свою встречу с мантией, Егор был вынужден нехотя признать мастерство Замбаги. Пацан был лучше того всадника во всем — он быстрее обращался к своей силе и знал, по его словам, все возможные сочетания магических формул мира. Коих насчитывалось свыше сотни.

Егору пришлось ему поверить, когда на втором этаже башни — магической библиотеке — Замбага показал ему заклинание портала. Оно было мелом начерчено мелкими знаками на двух классных досках, и больше всего походило на доказательство крайне сложной теоремы из высшей математики. А по сути, заклинание им и являлось — доказательством вероятности. Десятки магических формул складывались, делились, умножались и вычитались друг из друга по ведомым только магам законам, пока наконец уравнение не стало верным. Что значило — заклинание будет работать, и если вызвать с помощью голоса или знаков вызвать в голове образ всего этого криптографического извращения — ответом будем появление портала.

Более того, начертанное на доске заклинание не было оригинальным. Чтобы обучить иномирца языку Сайтана, мелкий красноглазый демоненок изменил его. То есть решил уравнение заново, но уже с нужными ему магическими формулами. Неудивительно, что у него ушел на это целый год. Но удивительно, как он не ошибся и не превратил своего нового помощника в дебила.

Однако во всем остальном Замбага был полностью бесполезен. Он даже не умел ездить верхом. Как и Егор, который даже не сумел забраться на коня, стремя седла которого болталось на уровни его плеч. А до луки и самого седла можно было дотянуться лишь встав на цыпочки и до передела вытянув руки. Вдобавок здоровенный конь напрочь отказывался стоять смирно, и все попытки залезть в седло неизменно заканчивались пинком коню по заднице и последующим падением на землю.

Прописав животному с десяток пендалей, Егор почувствовал, что конь начинает ненавидеть и презирать его. Дабы не быть покусанным, пришлось отказаться от поездки верхом.

Навьючив животное съестными припасами, захватив хранившееся в башне золото (двухкилограммовый мешок!), парочка отправились в путешествие по миру. По миру, о котором они знали не больше своего коня.

Хотя нет, самокритично поправил себя Егор, коняга, наверное, лучше приспособлен к жизни на Сайтане, чем мы оба вместе взятые.

Как показали последующие события, он был недалек от истины.

Глава 6

Великую топь не зря называли великой. Она действительно была огромной. Когда-то на ее месте протекала река, но потом она обмелела, встала, заросла зеленью и превратилась в самое настоящее болото. Непроходимое, зловонное и полное комаров размером с воробья. Шириной оно было километров десять, а тянулось… никто точно не знал, но тянулось оно далеко.

Топь было невозможно преодолеть ни на своих двоих, ни переплыть через него на лодке. Пешего смельчака, решившегося перейти болото, неминуемо поглотила бы трясина, а лодка обязательно застряла бы в густой осоке или кустах. А если кто-нибудь все-таки умудрился бы пробраться через болото, то следующим препятствием становилась высокая горная цепь. Преодолеть ее было не намного проще, чем саму топь. Единственный путь в земли вольных лежал по узкой насыпной грунтовке, построенной местными для торговых караванов.

Горная цепь, бывшая границей земель вольных, появилась на горизонте ближе к вечеру.

К этому времени оба путника окончательно выбились из сил и еле волочили ноги. Они оба натерли себе мозоли и шли прихрамывая. Сильные порывы ветра раскачивали ослабевших путешественников, и издалека они походили на парочку хромых зомби.

Закутавшись в плащ, чтобы тот ненароком не превратился в парашют и не унес его за собой, Егор проворчал:

— Тоже мне могучий маг, мог бы перенести нас прямо к твоим вольным.

— Заклинание перемещения из запретных свитков первородных, — слабым голосом ответил Замбага. — Сейчас его может использовать лишь Нидза.

— И летать ты тоже не умеешь, — констатировал Егор.

— Почему же? Я знаю заклинание левитации. Только оно требует великой концентрации мысли, и его не получится использовать долго. А на тебя оно не подействует. К тому же у тебя есть конь. Ежели устал, езжай на нем, а не приставай ко мне.

Егор глянул на неспешно вышагивающего позади коня — тот чувствовал себя великолепно.

— Да сволочь он, — буркнул Егор и почесал шею.