Страница 34

С этими словами, одновременно балдея и улыбаясь от восторга и нервничая и сильно потея, Замбага рассеял заклинание «микрофона». Проворчал себе под нос: «Десять ударов плетью, говоришь? Сейчас тебе будет десять ударов», — он принялся складывать жестами заклинание.

Уготованное наместнику наказание впечатлило абсолютно всех. Толпа хором ахнула, кто-то пришел в ужас, кто-то понесся прочь, а один юноша, стоявший в первых рядах, истерично заверещал, после чего рухнул в обморок. Однако никто не посмел бы упрекнуть его за столь бурную эмоциональную реакцию — не каждый останется в сознании, если к нему прямо в руки прилетит оторванная голова.

Трудно было поверить, что Замбага в своей мести зайдет настолько далеко, но парень сделал это — его заклинание взорвало наместника. Изнутри, словно в желудке у Вучика рванула мощная ручная граната. Бум — и там, где только что находился наместник, осталось лишь кровавое пятно. Ошметки его тела валялись по всей площади, а кишки так и вообще оказались в несколько витков намотаны на верхушку стелы.

Глядя на гирлянду из внутренностей наместника, Егор меланхолично спросил:

— Слышь, Замбага, а ты случайно не перестарался?

Замбага все так же лыбился. Но уже растеряно. Его лоб покрылся капельками пота.

— Я-я-я…

— Что ты-ты-ты?

— Я-я-я… ударил его плетью, — признался потрясенный подросток. — Магической. Хотел нанести десять ударов. Но-но…

— Но наместник оказался слабоват и лопнул после первого, — закончил за него Егор.

Замбага замотал головой.

— Нет-нет, я того… просто немного ошибся с заклинанием. Подставил не ту формулу. — Почти плача, он заискивающе заглянул в глаза спутника. — И что теперь делать? Как все исправить?

Егор пожал плечами.

— Ну, вряд ли его получится собрать обратно.

— Да! — подскочил на месте Замбага. — Я умею приращивать отрезанные конечности. Нужно его собрать.

— Чо? — удивился Егор. — Совсем дурак? Эй, подожди… Да стой ты!..

Однако парень уже не слышал его. Он принялся носиться по площади, магией поднимая ошметки тела наместника и перенося их поближе к Егору. Последний был совсем не рад, когда рядом с ним вдруг начала расти горка мяса, бывшая некогда наместником, и отошел подальше, но Замбага все равно продолжил таскать «добычу» исключительно к своему спутнику. Сколько бы раз Егор ни пытался сменить дислокацию, сколько бы ни ругался на парня, но тот, подхватив очередной кусок мяса, упорно направлялся к Егору.

Все, совсем переклинило, догадался Егор, когда подросток, забыв про магию, просто подхватил кусок ноги наместника и, держа ее перед собой на вытянутых руках, как подношение, побежал к нему. Но самым жутким было то, что парень при этом широко улыбался. Конечно же, от шока, понимал Егор, но вот для стороннего наблюдателя все выглядело несколько иначе. Для них по площади бегал не потрясенный собственной ошибкой подросток, творящий какую-то хрень, а беспощадный, упивающийся кровью наследник престола. Который только что распотрошил наместника и собирался сотворить с его останками…

Что же собирался сотворить с останками Замбага, интересовало не только зевак. Егор стоял, выпучив глаза, наблюдал за происходящим и ждал, когда же к парню наконец вернется рассудок.

Найдя последую часть тела — голову, Замбага притащил ее к рукам и ногам, сложил из всего подобие Вучика и принялся сращивать конечности и голову магией. При этом другие части наместника в несколько кучек остались валяться по всей площади, отмечая путь Егора, когда тот бегал от первородного и его даров. Неудивительно, что обновленная версия Вучика вышла немного… неполноценной. Точнее, у того, что собрал Замбага, полностью отсутствовало туловище. Две ноги торчали прямо из-под подбородка круглой лысой головы, на лице которой застыло выражение удивления, а две руки росли откуда-то из ушей. Получился какой-то рукокрылый колобок на толстенных ногах из кошмарного сна напрочь упоротого галлюциногенами художника-сюрреалиста.