Страница 53

Сгорающий от любопытства Замбага просто не мог удержаться от вопроса:

— Да кто же вы такой, князь?! Что вы за демон?!

— Лесной, — печальным тоном ответил Рикиши. — Я всегда был обычным лесным, даже не магом. Служил стражником в приграничном городке, пока не влюбился и не соблазнил одну знатную красотку. Ее муж убил ее, а я убил его. Меня должны были казнить, но Серкису для его экспериментов понадобились молодые мужчины. И я вместе с тысячей других приговоренных к смерти попал в подвалы этого замка. Где Серкис сделал со мной это… — Он издал тяжелый вздох. — Эх, как же я ненавижу эту форму.

Ухмыльнувшись, Рикиши начал меняться. Его лицо исказила гримаса боли, он обхватил себя руками, упал на колени и уткнулся лбом в пол. Его тело задрожало, сотрясаемое судорогами. Позвоночник выгнулся дугой, стал отчетливо виден каждый позвонок и ребро — казалось, еще немного и они порвут его кожу — так сильно она была натянута. Раздался хруст ломающихся костей, рубцы шрамов пришли в движение. Словно были не шрамами, а живущими под кожей огромными червями-паразитами. Князь захрипел — и начал увеличиваться в размерах. Раза в два стали шире его плечи, вздулись мышцы и вены, посерела кожа, удлинились собранные в хвост волосы. Снова хрустнули кости, и князь, будто в него насосом закачали приличную порцию воздуха, вдруг стал заметно выше и шире. Но на этом он не остановился и под хруст костей, рывками, продолжил увеличиваться, становясь все больше и больше. Не прошло и нескольких секунд, как перед взором ошалевшей парочки на коленях, обхватив себя руками и уткнувшись лбом в пол, сидел трехметровый великан.

Застонав, Рикиши распрямился, смахнул с глаз слезы, встал с колен и вытянулся во весь рост, упершись макушкой в потолок. Он выглядел почти как прежний Рикиши, только намного грубей и уродливей. Если раньше в его облике просматривалась некоторая утонченность, изящество и красота, то в своей предельной форме он больше напоминал свирепую машину для убийств — с грубой серой кожей, широченными плечами, делающими его фигуру почти квадратной. У него были непропорционально длинные, почти как у шимпанзе, мускулистые руки толщиной с его бедра. Костлявые, узловатые ладони заканчивались иглами когтей. Широкая, бочкой, грудь перетекала в узкую талию с кубиками пресса на животе, узкие бедра, скрытые повязкой, продолжались мускулистыми ногами. Из-за огромной верхней части туловища и длинных рук ноги казались маленькими. Впрочем, они и в самом деле были довольно коротки. На почти невидимой шее сидела массивная голова с широким лицом, приплюснутым носом, толстыми губами и ярко-желтыми глазами. Жесткие, толстые, как ворсинки метлы, волосы, стянутые на затылке резинкой, ниспадали до поясницы князя.

Улыбнувшись, Рикиши растянул губы, обнажив заостренные зубы, и низким голосом спросил:

— Ну, как вам?

Егор прикладывал все силы, чтобы устоять на ставших ватными ногах. Второе чудовище за день — это уже слишком. А ведь день еще только начался.

Не лучше чувствовал себя и Замбага. Прислонившись, дабы не рухнуть, спиной к стене, парень с отвисшей челюстью глазел на преобразившегося князя.

— Если Нидза сможет пройти Серкиса, его ждет небольшой сюрприз, — ухмыльнулся князь. — Хотя одолеть Серкиса — задача не из легких. Я довел тело оборотня до его предела. Убить его сможет лишь очень умелый маг жизни. Магия первородных для него ничто.

Раздался грохот, и гобелен, скрывавший Врата Вызова, колыхнулся. Откуда-то издалека донеслось поскуливание перепуганного зверя. Оно становилось все громче и громче, и вскоре к нему прибавились звуки скребущихся по железу когтей. Создавалось впечатление, что зверь за дверью бился в истерике.

Снова донесся грохот, и железная дверь, слетев с петель, сорвав гобелен, упала на пол. В тени на пороге, поставив ногу на звериное тело, стоял Нидза. Он уже вернулся в свое прежнее тело и был почти гол — в одних коротких шортах. В висящей вдоль тела руке первородный держал оторванную голову оборотня, схватив ее за пучок шерсти на макушке.

Отшвырнув голову, Нидза перепрыгнул через тело зверя, вышел из тени коридора, увидел преобразившегося Рикиши и напрягся. Взглянув на тело Нидзы, излишне самоуверенный князь, поджав губы, также счел за благо насторожиться. Хоть беловолосый демон не выглядел атлетом — так, молодой мужчина в хорошей форме и с неплохо развитой мускулатурой, — но с первого взгляда на его тело стало ясно, что он — не обычный маг. И все по причине одной единственной детали — татуировки-заклинания, покрывающей первородного. Вязь магических формул, извиваясь спиралью, начинаясь от коленей, поднималась по его бедрам, бежала вокруг туловища и, разделяясь, продолжалась на руках, заканчиваясь в районе запястий. Однако татуировка, судя по всему, была еще не закончена — то и дело линия формул обрывалась, оставляя на загорелой коже первородного пустые места.

Атмосфера в комнате накалилась до того, что стало трудно дышать. Несомненно, в смертельной схватке готовились сойтись два сильнейших в мире демона.