Страница 56

Проковыляв по коридору на подгибающихся ногах, Егор добрался до двери, схватился за ручку — и услышал позади себя шипение. По телу мгновенно пробежал озноб, он содрогнулся от ужаса, ибо забыть этот голос было невозможно. Несомненно, он принадлежал пожирателю.

Двигаясь как можно медленней, Егор обернулся. Однако предосторожность оказалась излишней: сгорбившись, монстр стоял спиной к нему, вытягивая из неприметной щели в стене левую пару рук. Судя по всему, он готовился встретить поднимающегося по лестнице первородного и совсем не замечал человека.

Сглотнув, Егор аккуратно забрал у доспеха меч. Но стоило латным перчаткам утратить опору в виде рукояти оружия, как они, отделившись от наручей, с грохотом упали на пол.

Звук падения был оглушительным, и монстр резко обернулся назад. Высунув и втянув в пасть раздвоенный язык, он оскалился и, поколебавшись, снова уставился в сторону лестницы.

В тесном коридоре преимущество было на стороне многорукого чудовища, и Егор пяткой толкнул дверь. Повезло — она была незаперта и открывалась внутрь. Пятясь, он зашел в просторную комнату полу-сферической формы. В комнате не было окон, но с потолка, украшенного вязью магических формул, свисала, освещая помещение, круглая люстра. Вдоль стен стояли стеллажи со стрелянными банками, внутри которых в прозрачной жидкости плавали части и органы целиком: глаза, сердца, мозги и много чего еще. Вид и размер некоторых наводил на мысль, что некогда они принадлежали кому угодно, но точно не людям и демонам. Помимо органов, в банках покрупнее, скукожившись, плавали какие-то мелкие уродцы и чьи-то головы — комната выглядела точь-в-точь как кунсткамера. В дальнем от входа конце комнаты стояла большая, в рост человека, клетка, накрытая покрывалом. Рядом с ней стояла клетка поменьше, в ней сидело три курицы и кролик. Ровно посередине комнаты на низком постаменте высился огромный прозрачный чан, наполненный зеленоватой жидкостью. От него к стене комнаты тянулось что-то напоминающее черный садовый шланг.

Скрип петель снова привлек внимание чудовища. И тут-то до него дошло, что позади находится кто-то невидимый. Зашипев, монстр поднял перед собой руки, сомкнул ладони — и деревянные стены коридора, словно гигантские тиски, внезапно схлопнулись.

Путь к отступлению был отрезан. Но самое скверное, что ужасающее творение покойного Серкиса владело магией, было довольно сообразительным и, похоже, намеревалось защищать свитки лесных от чужаков.

Сместившись в сторону, он убрался с порога, прислонился к стене и занес меч, готовясь рубануть чудовище, едва оно заглянет в комнату.

Покрывало на клетке колыхнулось, край его приподнялся, и из-под него, прижавшись к прутьям решетки, выглянуло лицо Камии.

Взвизгнув от радости, она крикнула:

— Егор!

Тому, однако, было не до девушки, невесть как оказавшейся в клетке в самом неприступном помещении страны лесных. Задержав дыхание, он стоял с занесенным мечом и ждал.

— Егор, освободи меня! Эй, ты меня слышишь?

— Где он? — шепотом спросил Егор, зная, что Камия обязательно услышит.

— Кто он? — с искренним недоумением переспросила девушка. — Я никого не вижу и не слышу.

Камия не могла не видеть монстра, сидящего в коридоре напротив нее. Смылся, с облегчением решил Егор, выглянул из-за стены — и едва успел втянуть голову обратно, уклоняясь от лапы пожирателя, стремительно приближавшейся к его лицу. Из-за косяка на миг вылетела ладонь со страшными когтями. Егор махнул мечом, но лапа уже исчезла в коридоре, и лезвие вонзилось в деревянный пол.