Страница 58

Почувствовав рядом с собой чье-то присутствие, Рикиши повертел головой, но на площади, кроме горок трупов в отдалении, не было никого. Лишь над стеной торчали головы стражников, магов и зевак, с риском для жизней наблюдавших за схваткой двух сильнейших магов мира. Площадь к этому моменту слегка преобразилось, над ней словно пронесся ураган: всюду воронки от взрывов, большая часть каменного настила превратилась в пыль, земля была вздыблена и обуглена. Задело и корни Древа, в стене появилось несколько приличных дыр. Через них за схваткой также наблюдали зрители.

Поняв, что чувство присутствия вызвано заклинанием, Рикиши перестал обращать на него внимание и сосредоточился на враге. Князь первородных был побежден, но все еще не желал признавать это. Рикиши выкинул кулак, который снова наткнулся на ненавистный барьер, и отдернул руку. Несмотря на свое плачевное состояние, Нидза все еще мог пользоваться магией.

Кашлянув, Нидза признался:

— А ты не такой дурень, каким казался.

— Да и ты не такой уж всемогущий, — насмешливо заметил Рикиши.

— Да неужели? Уже смог разгадать секрет моей техники? — иронично спросил первородный.

Сказав это, Нидза зашелся в приступе кашля. Когда первородный прочухался, Рикиши пожал плечами.

— Зачем мне что-то разгадывать? Как видишь, я смог достать тебя и через твою абсолютную защиту. Как бы ты ей не кичился, но у нее есть недостаток — твой барьер не пропускает вообще ничего. Ты был ограничен тем запасом воздуха, который ты заключил вместе с собой в барьер. Значит, чтобы не задохнуться, тебе иногда приходится снимать его. А дальше все было просто — вместе с новой порцией воздуха к тебе проникли мои маленькие друзья-вирусы. — Лесной снова попытался ткнуть кулаком первородного, но как и прежде наткнулся на барьер. Ерзая от нетерпения, он сказал: — Давай, снимай уже свою защиту и дай мне добить тебя. Ты все равно не продержишься больше десяти минут, а смерть твоя будет мучительна. Не проще ли позволить мне облегчить твои страдания? Обещаю, ты ничего не почувствуешь. Вдобавок давно пора идти разбираться с твоим племянником, пока он не натворил дел.

— Так-так, они все-таки добрались до запретных заклинаний, — дыша тяжело, с присвистом, прохрипел Нидза.

— Как ни странно, но да. Похоже, я немного недооценил способности иномирца.

Нидза вновь, сотрясаясь всем телом, зашелся в кашле. Изо рта первородного полетели вязкие сгустки и брызги крови. Несколько капель упали прямо на босые ступни лесного, что значило — Нидза снял барьер.

В тот же миг Рикиши нанес молниеносный, неуловимый глазом удар, намереваясь покончить с противником. Однако кулак врезался в барьер. Лесной, зарычав от боли и разочарования, отдернул руку. Кость не выдержала столь мощного удара, ладонь свободно болталась на сломанном запястье, а погнутые, переломанные пальцы торчали в разные стороны под невообразимыми углами.

Пока Рикиши соединял кости и вправлял в суставы пальцы, Нидза отошел от приступа и, опираясь двумя руками на трость, кое-как поднялся на ставшие ватными ноги. Вытерев рукавом окровавленные губы, первородный констатировал:

— Значит, ты вызвал хворь магией и обязан сдерживать ее. Иначе столь мощная зараза, если вырвется, убьет всех в этом мире. — Он кашлянул. — Какое же мерзкое заклинание…

— Неужели ты еще на что-то надеешься? — беззаботно улыбнулся Рикиши, но на всякий случай напряг зрение и проверил эксполюс вокруг себя. Светло-синяя дымка, похожая на туман, окутывающий весь мир, казалась неподвижной: нигде не было заметно ее завихрений, она нигде не меняла свой цвет и интенсивность свечения. Стелясь над землей, эксполюс медленно тек по миру, проникая сквозь предметы и живые тела. Лишь небольшие колебания дымки вокруг первородного указывали на используемый им барьер, да чуть ярче она светилась в месте, где висело заклинание наблюдения. В остальном все было в полном порядке.

Закашлявшись, Нидза рухнул на колени.

— Так-то лучше, — произнес Рикиши. — Великий Нидза стоит передо мной на коленях. Все так, как и должно быть. — Чуть нагнувшись, князь стер со своих ступней капли крови первородного, поднес ладонь к лицу, лизнул ее. И тут же самодовольствие на его лице сменилось выражением растерянности. Нахмурившись, Рикиши снова лизнул ладонь. Несколько раз моргнул, после чего, вконец озадаченный, уставился на Нидзу. — Не понимаю… Как такое возможно? Я не могу ошибаться, во мне же есть способности кровососов. Ты и Замбага…

— Ну ты и чудовище, — сдерживая кашель, выдавил из себя Нидза.

Поразмыслив, Рикиши пришел к единственно возможному выводу и невольно восхитился.

— Вот значит как! Вот это да! — Повысив голос, он громогласно, чтобы слышали зеваки, произнес: — Слушайте же меня, мои подданные, и поведайте это всем! Всемогущий Нидза, никогда не врущий и всегда следующий своему слову князь первородных, — в обличающем жесте лесной поднял руку и указал на Нидзу пальцем, — величайший лжец, каких только носил этот мир! В нем нет ни капли крови княжеского рода Брагии! Этот князь первородных — самозванец и истинный узурпатор! Разнесите же эту весть по всему миру, пусть все узнают про позор первородных, сделавших своим правителем простолюдина! — Наклонившись к Нидзе, Рикиши, понизив голос, спросил: — Какие же у тебя еще есть секреты, а? Не желаешь ли перед смертью поведать мне, как тебе удается мгновенно обращаться к магии? В чем хитрость?