Страница 57

И он убрал газ.

ИЛ-400 повалился вниз с высоты в двадцать метров. Он так и падал с задранным носом,

норовя свернуться на крыло.

Арцеулов смог добиться лишь одного: чтобы самолет парашютировал по возможности

плашмя.

Затем все рухнуло.

Летчик пробыл в воздухе всего двадцать одну секунду.

К обломкам подбежали люди.

— Жив!

Переломаны правая рука и левая нога, ушибы покрывают тело, но жив...

Через несколько дней в больницу к Арцеулову пришли Поликарпов и Косткин.

— Как себя чувствуете, Константин Константинович?

Из-под бинтов донеслось:

— Ну так похоже, что вес хвоста ничем не уравновешен...

— Будем проводить испытания в аэродинамической трубе МВТУ, — обещал Поликарпов.

— Почему сразу не?.. — Арцеулову трудно было говорить, но Поликарпов его понял.

— Видите ли, Константин Константинович, у меня... гм... не очень хорошие личные

отношения с Туполевым, а он, как известно, представляет ЦАГИ, и от него зависит...

— Самолет важнее, — сказал Арцеулов.

— Совершенно с вами согласен, — кивнул Поликарпов, — и... Когда мы доработаем

истребитель, вы согласитесь его испытывать?

— Естественно, — ответил Арцеулов.

18 июля 1924 года, Ходынка

Новый самолет сильно отличался от старого. Масса его со всей нагрузкой была, как

указано, 91 пуд. (Переход с пудов на килограммы давался не без труда).

Кабина пилота была сдвинута вперед, носовую часть сделали более обтекаемой, крыло и

оперение были увеличены, а их обшивка выполнена из дюралюминиевого гофра.

Использовался металл и для изготовления нервюр.

И этот самолет взлетел нормально.

Небольшой перелет по прямой. Хватит. Арцеулов благополучно посадил самолет и вышел

под гром оваций. Он все еще хромал после травмы.

— Можно устанавливать вооружение и пробовать дальше, — сказал Константин

Константинович. — Думаю, военным самолет понравится.

31 марта 1926 года, Ходынка

Военным самолет понравился.

Работы над истребителем-монопланом продолжались. Была построена первая серийная

машина.

Крыло вновь стало деревянным с фанерной обшивкой.

Моноплан теперь называли И-1. Для понятности.

Истребитель номер один. Вот так.

Летчик-испытатель Филиппов с удовольствием работал над этой машиной. Она

представлялась ему удобной во всех отношениях. Немного опыта — и все будет отлично.

...Взлет. Все уже привычно. Самолет слушается, выполняет фигуры высшего пилотажа...

Теперь — низкий скоростной проход над аэродромом...

И-1 врезался в землю.

Погибли двое: летнаб Михайлов и летчик-испытатель Филиппов.

Прибыла карета «скорой», затем явилась комиссия.

Поликарпов ждал результатов.

Когда бумага легла к нему на стол, конструктор выглядел бледнее этого листка.

«Производственный дефект при склейке крыльев».

Это звучало приговором. Техническая секция Авиатреста поставила под сомнение

прочность крыла истребителя вообще. Испытания было рекомендовано прекратить. И

отчитаться в затраченных суммах.

— Будем строить бипланы, — таков был окончательный вывод. — Моноплан ненадежен и

мало перспективен.

Неудача.

А ведь проект обещал так много!.. Поликарпов мрачно смотрел на бумагу. А в глубине

души зрела уверенность: он был на правильном пути. И рано или поздно на этот путь

вернется. Нужно время, чтобы все пересчитать, испытать и прийти к окончательным

выводам. Время есть.

© А. Мартьянов. 15.12. 2012.

38. Приручение «англичанина»

7 августа 1917 года, Москва, завод «Дукс»