Страница 25

действовали три эскадрильи — тридцать шесть машин. Так что ж тут удивительного, если

Черчилль назвал «Кондор» «бичом Атлантики»!

© А. Мартьянов. 29.01.2013.

65. «Бич Атлантики»

— Тут, кажется, говорят о Черчилле? — С небес плавно спустился Змей Горыныч.

Его широкие крылья были раскинуты, легкий огонек вился вокруг головы. Поднялся ветер

— это дракон приземлился и начал складывать крылья.

Собеседники терпеливо ждали, пока уляжется небольшая «буря», вызванная появлением

летучего змея.

— Черчилль — один из моих любимых персонажей, — сообщил Горыныч. — Я просто не

могу оставаться в стороне, когда слышу его имя.

— И почему же? — прищурился Хопкинс.

— Как объяснить словами иррациональную привязанность? — хмыкнул дракон. —

Помните, как мама подарила юному Уинстону маузер, отправляя его на англо-бурскую

войну?

— При чем тут маузер?.. — начал было Вольф, но дракон, не слушая, продолжал:

— Впрочем, возможно, дело в сигаре. Черчилль любил пыхать огнем, как и я. Это нас,

несомненно, роднит!

— Горыныч, я сильно сомневаюсь в том, что Черчилль подозревал о твоем

существовании, — напомнил Билл Хопкинс.

— Зато я знаю о нем немало! — парировал дракон. — И для платонической любви этого

достаточно... Ну так что вы тут говорили о Черчилле?

— Собственно, мы обсуждали самолет «Кондор», который твой любезный Черчилль

именовал «бичом Атлантики», — сообщил штаб-сержант.

— Ах, это. — Горыныч улегся, обвил лапы хвостом, как огромный кот. — Ну да, называл.

Для каждого значимого явления он находил меткое словечко, понятное широким

народным массам. Это было тоже очень умно. А что, разве «Кондоры» не докучали

англичанам достаточно сильно, во всяком случае, в начале войны?

— Ну да, — кивнул Герман Вольф. — Мы к этому, собственно, и подходили.

— А тут и «подходить» нечего, — заявил дракон. — Англичане быстро признали

проблему «Кондоров» первоочередной. Они реорганизовали береговую авиацию, срочно

построили новые аэродромы. Ждали гидросамолеты «Каталина», которые должны были

прибыть из Америки в апреле сорок первого.

— Много «Каталин»? — спросил Хопкинс.

— Ты должен знать, — фыркнул Горыныч. — Пятьдесят семь. Словом, Черчилль наметил

серию конкретных действий, направленных на борьбу с Fw.200. Ведь «Кондоры», как вы,

несомненно, помните, действовали не в одиночку, а с «волчьими стаями» — с

подводными лодками. Вот на эту «связку» врагов и было обращено основное внимание.

Черчилль требовал, чтобы подводные лодки преследовались на море и бомбились на

судоверфях, а «Фокке-Вульфы» атаковались везде, где только можно.

— Прекрасный план! — не без иронии молвила Брунгильда Шнапс.

— А что в нем не так? — осведомился дракон.

— Отсутствие конкретности, — ответила фройляйн лейтенант.

— Конкретностью был наполнен каждый отдельно взятый случай, — отозвался Горыныч.

— Корабли изменили маршруты — раз. Дальше: англичане стали устанавливать на

торговые суда скорострельные зенитные автоматы и катапультные истребители. А

команды комплектовали из военных моряков. В общем, довольно скоро «Фокке-Вульфы»

из хищников превратились в добычу.

— И что, велики были потери среди «Кондоров»? — спросил Герман Вольф.

— Напряги память, вахмистр, и вспомнишь леденящие душу подробности, — объявил

дракон. — Как только английские транспорты вооружились, начались черные дни для

«Кондоров». Сравним: в марте сорок первого знакомая нам Сороковая эскадра «Фокке-

Вульфов» выполнила пятьдесят пять боевых вылетов и потеряла один самолет. В апреле

та же группа, совершив семьдесят четыре вылета, потеряла уже четыре самолета. В мае —